Онлайн книга «Яд Версаля-2»
|
Свет… Солнечные зайчики забирались под набрякшие веки и сверлили мозг. Я с трудом открыл опухшие от морской воды глаза и обнаружил себя распластанным поверх какого-то бревна с остатками белой рваной тряпки. Очевидно, это когда-то было одной из обрубленных мачт. Бури не было. Светило солнце. Ласковые волны мерно покачивали моё избитое штормом тело. Я пошевелился. Застонал. Болел каждый сустав и мускул. Огляделся. Вокруг меня плавали обломки «Святой Терезы», какие-то бочонки и тела матросов. Тел было немного, всего пять. Остальных, видимо, поглотил океан. Я нехотя, с трудом двигая избитыми руками, отплыл от своей мачты, переворачивал и тряс плавающих кверху спинами членов команды корабля. Но всё напрасно. Все они были мертвы. Все, кроме последнего. Капитан Жак Фонтю был ещё жив, слава Господу, хоть и прилично наглотался воды. Я схватил его за шиворот и доставил на свой обломок мачты, примотав капитанским поясом его грузное тело к рее, ибо сам Жак был настолько слаб, что не имел сил держаться за наш микроскопический плот. Прилично настучал меж лопаток своему бывшему начальнику, чтоб тот смог исторгнуть остатки морской воды из своих лёгких. — Спасибо, тебе, судырь… — прокашлявшись, промычал капитан. — Только пустое всё это… напрасные труды. — Это почему это? — с неожиданной злобой ответил я. — Ранен я, нога переломана. Вон, посмотри сам, — почти прошептал Жак. Я глянул сквозь толщу воды на ногу капитана и обнаружил торчащую из рваной раны кость, вода вокруг конечности медленно окрашивалась в розовый цвет. — Ну и что?! — фыркнул я. — Да, нога сломана, но она есть, а перелом доктора мигом вправят и рану зашьют! — Мальчик ты мой, мальчик… — просипел Жак. — Ничего-то ты про море не знаешь… Не жилец я, Ирсон. Хотя, скорее всего, тебя именовать стоит де Ирсон, верно? Аристократ? — Да. — Ну и дурак! — накинулся на меня капитан. — Сидел бы в своём Версале, целее бы был! — С моим характером это не факт! — усмехнулся я. — А ты, капитан, брось наводить чёрную тоску. Мы выживем! Кто-то нас обязательно подберёт. Если мы налетели на рифы, значит, от суши здесь не так и далеко. Кто-то в этих водах да плавает! Жак хотел засмеяться, но вместо смеха получился тяжёлый, сиплый кашель. — Кто подберёт?! — прокашлявшись, тяжело проговорил он. — Ладно, если торговый корабль, тогда спасены. Если военные, то на виселицу за контрабанду отправят, если подберут пираты — то тебя, как молодого и сильного, продадут на ихнем нечестивом рынке, а меня, как старого и увечного, добьют. Просьба у меня к тебе есть, де Ирсон. Ты хороший человек, это видно. А я-то в народе разбираюсь, понавидался за столько годков… — Какая ещё просьба? Трубочку набить? Извиняюсь, но у меня табачок отсырел! — отшучивался я, пытаясь на горизонте сверкающего моря разглядеть хоть какой-то корабль. Но, увы, горизонт был пуст. — Обещай мне, что, если выживешь, не бросишь мою семью! — жадно заглядывая мне в лицо, просипел капитан. — В Марселе спросишь дом Жака Фонтю, тебе всякий покажет. От порта недалече. Помрут они без меня… Я б не просил, судырь, так ведь вы дворянин, не бедный человек. Пожалуйста, судырь!! — Да ты с ума, что ль, сошёл, милостивый государь! Что ты раньше времени хоронить-то себя принялся? Уныние, вообще-то, грех!! — возмутился я, ошарашенный неожиданной просьбой. — Ох, молод ты ещё, молод… — причитал капитан. |