Книга Грёзы ангела, страница 43 – Татьяна Ренсинк

— Да. Нанялся к Фредерику, – засмеялся и Николай. – Ну так как? Будем помогать друг другу? И... долго мне расплачиваться за былые глупости?

— Зависит от того, как долго вы способны за них расплачиваться, – хихикнула Оделия и собралась уходить, как оказалась захваченной в страсть поцелуя.

Их губы быстро нашли друг друга, руки прижали тела ближе, и всё для них вокруг будто расцвело среди холода осени...

Глава 33

Николай знал, что Фредерик будет с самого раннего утра в трактире. Он сразу отыскал его и сел напротив. Фредерик уже заканчивал завтракать. Он взглянул на прибывшего друга и видел счастливую улыбку:

— В моей жизни начались чудеса, – сказал Николай, сияя отрадой.

Фредерик молча смотрел в ответ, и он продолжил:

— Первое,... я поговорил с Оделией. Второе же,... ты свеж и чист! Мои мечты стали иметь привычку сбываться!

— Вот как? Тоже появились ангельские грёзы? – усмехнулся Фредерик, и друг тут же шутливо погрозил пальцем:

— Нет! Ангелом не становлюсь, как твоя Вера!

— Она ангел для меня, святая, такой и будет, но не для кого иного, – улыбнулся Фредерик. – Как зовут её отца?

— Степан Степанович Матвеев, но имя он своё сменил..., – сообщил Николай. – А ты никак к ней собрался? Вот чудо ещё одно!

— Нет, мой друг. Я в чудеса не верю, – опустил Фредерик взгляд. – Хотел для неё чудеса делать... Мечты исполнить, а не ранить. Утром проснулся, думал обо всём случившемся и, знаешь, каждый раз, когда появлялся рядом с ней, каждый раз происходила какая неприятность, беда даже.

— Ну,... впал в раздумья. Зло куражиться любит. Вот и играется. Испытания даются только сильным, так что борись. Гебгардт же не родной отец. Забери её, и все беды отступят, – усмехнулся друг, сам предчувствуя, что Фредерик о том и помышляет:

— Отца её найти хочу, чтобы, как положено, благословения просить. Да и ей он нужен. Единственная родная душа. Ты только об этом пока никому не говори. Оделии тоже! Мало ли чего... Степана этого ещё найти надо.

— Хорошо. Буду молчать, как могила, – пообещал Николай серьёзно. – А Гебгардт, видать, был тоже тогда в Москве.

— Может, и был. Может, был один из них. Мне всё равно уже, – усмехнулся Фредерик. – Одно ясно. Он мне не нравится.

— Да, – вздохнул друг и закивал. – Он и меня к дочери не подпустит. Уговорились с Оделией тайком встречаться. Мальчишка соседский пока помогает.

— Смотри, чтоб мальчишка не выдал, – улыбнулся Фредерик.

— Вряд ли. Мальчишка серьёзный. Да и плачу ему не мало, но ты прав. Всякое может быть, – пожал плечами Николай.

— Всё, – закончив завтрак, поднялся Фредерик и глубоко вздохнул. – Пора в путь.

— Тебе наудачу сегодня невероятно тепло! Будто весна пришла, – провожал друга Николай...

Они вышли на улицу, где Фредерику вывели коня, и обнялись.

— Помни. Тебя здесь ждут, – говорил Николай и на ухо прошептал. – Во избежание чего, именно так сообщаю тебе новое имя Степана... Друзья Гебгардта помогли ему укрыться. Йон Гожану... Он в Молдавии, в Тарутино.

— Благодарю. И ты давай, не натвори чего, пока меня не будет, – улыбался ему Фредерик. – Может, стоит и из общества того уйти.

— Подумаю, – пообещал тот.

Вскоре Фредерик уже покидал Петербург, мчался мимо деревень и полей. Солнце, действительно, грело так, словно осень прогнала приближающуюся зиму и разбудила весну. Казалось даже, зима не сможет уже наступить, поскольку, чем дальше был Фредерик, тем становилось теплее. Странные погодные явления поражали... И скоро вместо тепла, пошёл первый снег, ударил мороз...