Книга Школа лукоморцев, страница 29 – Анастасия Дёмина

Никита осёкся, быстро глянул на Костю и отвёл взгляд, несомненно задавшись вопросом, к какой из описанных категорий он относился. Костя пока не был готов вываливать на соседа по комнате неприятные подробности совершённых им глупостей и семейных обстоятельств, к тому же он не знал, мог ли ему доверять. Поэтому, когда Никита, не справившись с любопытством, всё-таки осторожно спросил: «А ты сам?..» – Костя ограничился кратким:

— Я кощей.

— Кощей… – шёпотом повторил Никита, уставившись на него во все глаза. – Ого… – Он задумчиво уставился в потолок. – Если не ошибаюсь – нам говорили что-то такое на этике лукоморцев, – за всю историю Тридевятого лицея здесь обучалось лишь три кощея. Один, кстати, относительно не так давно, лет пятнадцать-двадцать назад закончил. Второй где-то в середине девятнадцатого века.

— Этика лукоморцев? – переспросил Костя, отодвигая стул от письменного стола, чтобы поставить на него рюкзак. Внутри оказались напиханы тетради, ручки, карандаши – на беглый взгляд, всё то, что лежало на столе и внутри тумбочки в их с бабушкой квартире. Заметив прошлогоднюю тетрадь по математике в приметной обложке с фиолетовыми разводами, Костя поморщился и принялся выкладывать содержимое рюкзака на стол.

— На ней нам рассказывают историю лукоморцев, про особенности наших сил, какие они бывают, по каким признакам можно распознать того или иного лукоморца, а самое главное – как нам вести себя в обществе не-лукоморцев, – пояснил Никита, поднимаясь. Он криво улыбнулся Косте. – Например, про кощеев нам говорили, что они могут чувствовать и притягивать к себе ценные вещи.

Костю в одну секунду затопил испепеляющий стыд. Он почти уверился, что от его ушей повалил дым, и даже открыл рот, чтобы что-то возразить – хотя что тут возразишь? Но Никита, отвернувшийся к своему столу, чтобы сложить в рюкзак учебники и тетради, без паузы продолжил:

— А ещё – что они гениальные оценщики, потому что им достаточно буквально посмотреть на вещь, чтобы понять, насколько она ценная. И что благодаря их особому складу ума они умеют копить и зарабатывать, а затем преумножать свои богатства, интуитивно зная, в какие дела стоит вкладываться. Не зря же есть выражение «знать цену деньгам».

Он обернулся на Костю, который был так огорошен словами, что мог лишь оторопело моргать, и понимающе улыбнулся.

— Как говорит Артур Тамерланович, это наш физрук, и он же преподаёт этику: всё зависит от перспективы и личного выбора. Дар лукоморца сам по себе не плохой и не хороший, это человеческие качества, и лишь сам лукоморец решает, как применять свои силы – во благо или во зло.

Завершил Никита на едва различимой вопросительной нотке и, слегка нахмурившись, посмотрел на Костю со смесью настороженности и предупреждения.

Костя отчаянно замотал головой в немой клятве ни за что не применять свой дар против соседа. Да и вообще против кого-то. С него выше крыши хватило неприятностей с Антоном. А зарабатывать себе новые в закрытой школе, где он у всех на виду и откуда никуда не деться? Он был не настолько глуп. Не говоря уже о том, что Костю до сих пор мутило со стыда при одной мысли об уже совершённом воровстве.

Уголки губ Никиты дрогнули. Он, прикрыв рот, кашлянул и посерьёзнел.

— Но тебе всё равно стоит быть готовым к тому, что на тебя будут глазеть. И подозревать в том, что тебе, возможно, даже в голову не взбредёт сделать. Говорить, что каждый лукоморец сам за себя решает – это одно, но дурную репутацию некоторых сказочных персонажей не всегда легко побороть. Я просто хочу сказать… – Он неловко шаркнул ногой по ковролину. – Будь готов, ладно? И постарайся не принимать близко к сердцу, оно того не стоит. Они того не стоят.