Книга Мальн. Наследие древних, страница 47 – Мира Салье

Вдоль северо-восточной границы высились столбы, на которых распяли двух мальнийских воинов и самого Элиаса в центре. Глаза командующего были распахнуты и невидяще смотрели куда-то вдаль. Все трое были мертвы. На их коже виднелись многочисленные раны, лица посинели, а из порезов уже не сочилась кровь. Ее попросту не осталось в телах, а шеи…

Гелиен не смог сглотнуть или сделать вдох – настолько сильно его мутило.

Горло Элиаса располосовали. Мальнов обескровили.

Венты…

Неподалеку от столбов на коленях стоял Алвис, с силой вдавив руки в землю. Его широкие плечи и спина сотрясались. Арэя соскочила с коня и побежала к брату. Гелиен хотел броситься вслед за женой, но его колени вдруг подогнулись. Арэя упала рядом с Алвисом. Она в истерике кричала и плакала, глядя на тело Элиаса. Бездыханное и жестоко изуродованное. Брат с сестрой прижались к друг другу.

Время будто замедлилось. Стейн в ужасе таращился на Гелиена, которого обуял неистовый гнев, а затем все нутро пронзила боль – резкая и настоящая. Гелиен ведь давал себе слово, что впредь никто из его близких не пострадает. Он понимал, что не вынесет еще одну потерю.

Что-то внутри его надломилось, и колени перестали дрожать. Он больше не чувствовал скорби, потрясения и даже гнева. Лишь холодный расчет и подступавшее желание… мести.

Вот чего он хотел.

Нужные слова застыли на языке.

— Снимите их, – только и успел сказать Гелиен.

Стейн дернулся было вперед, но застыл, ошарашенно уставившись на короля. Через мгновение тот уже взмыл в небо.

— У него не было ни жены, ни детей. Он всего себя посвятил Мальнборну, – произнес старейшина Радвальд на заседании Совета.

— Мы были его семьей, – возразил Алвис будто не своим голосом, и его слова эхом отскочили от стен.

— Стать в столь юном возрасте главнокомандующим армией – никто не был бы к такому готов, – добавил старейшина Альмод.

Алвис повернул голову. Его и без того бледная кожа казалась болезненно серой, а он сам изможденным и опустошенным. Но выражение лица вдруг стало таким же жестким, как и голос:

— Вас только это волнует, старейшина? Мое назначение?

— Нет, нет, прошу прощения, вы меня неправильно поняли, – сказал Альмод как можно мягче.

Долгое время все молчали.

Алвис шумно вдохнул и выдохнул, выравнивая дыхание.

— Мы не можем оставить этот акт неслыханной агрессии без ответа, – грозно заявил Роймунд.

— К болотам не подступиться, – сказал Рауд.

— Значит, выманим этих тварей! – воскликнул военачальник Орм.

Погруженный в свои мысли, Гелиен сидел, подперев подбородок ладонью, и особо не вслушивался в споры советников. Через некоторое время те затихли и сосредоточили внимание на короле, в напряжении ожидая его реакции.

— Споры здесь излишни, – сказал Гелиен, не меняя расслабленной позы. – Гриндоки пленили нескольких мальнийских воинов и сильнейшего из нас, а затем растворились словно по волшебству, коим не владеют. Алвис, обыщите границы, место сражения, переверните, если понадобится, каждый камень. – Он сделал паузу. – И еще. Гриндоки больше не проблема, да и венты тоже.

Стейн вопросительно приподнял бровь. На лицах остальных советников отразилось не меньшее замешательство. Но Гелиен не спешил отвечать, пока в зале не стало пугающе тихо.

— Красный лес сожжен дотла вместе с вентами. Позже я восстановлю его. Сонные болота уничтожены, насколько это применимо к данному месту. Если кто и уцелел, зарывшись вглубь своих топей… пусть только попробуют высунуться.