Книга Душа мавки, страница 35 – Ева Бран

— Мягкое, - тихо сказала Арина.

И в этот момент из дома донёсся грохот. Мы оба замерли, а потом я сорвался с места и побежал внутрь. На кухне на полу лежала… кофемашина. Провод выдернут, вода разлита. На столе, как ни в чём не бывало, сидел Акакий и делал вид, что его это не касается.

— Что ты сотворил? - спросил я, свирепея.

Домовой невинно моргнул.

— А оно само! - заявил он. – Стояло-стояло и упало! У нас тут, понимаешь, сырость! Видимо столы прогнивать начали! - он ткнул пальцем в сторону двери. – Притащил воду в дом, вот и падает всё!

Я медленно выдохнул, поднял кофемашину, поставил обратно, вытер воду. А потом посмотрел на домового.

— Ещё одна пакость, и ты неделю будешь спать в сарае, - предупредил его.

Акакий вытянулся, как струна.

— Это что ещё за угрозы?! Я домовой! Я… я…

— А я хозяин, - сказал я ровно. – А ты – помощник или помеха. Усёк?

Он надулся, буркнул что-то неразборчивое и исчез. И думалось мне, что Акакий не притихнет. Сейчас отсидится, поймёт, что я немного остыл и учинит очередную каверзу. Я вернулся в сад и застал Арину с коробкой в руках, которую она держала, словно щит.

— Он… злой, - прошептала мавка.

— Он вредный, - поправил я. – И он боится.

— Боится? — она искренне удивилась. – Домовой? Он же навий сын.

— Акакий думает, что ты можешь навредить дому.Не ему конкретно.

Арина опустила взгляд.

— Я… не хочу, - прошептала она.

— Я знаю. Докажи ему, что ты не являешься угрозой.

Она подняла на меня глаза, и в этих глазах, на секунду проскользнуло почти человеческое отчаяние: как доказать, если ты не умеешь быть человеком?

— Начнём с малого, - сказал я. – Переоденься. Потом будем учиться жить как обычные люди. Идёт?

— Идёт, - прошептала она, глядя на меня как-то странно.

Арина

Жить.

Слово было круглое, тёплое, тяжёлое. Я никак не могла примерить его на себя. Оно ощущалось чужой, неудобной одеждой. Я много веков не жила. Я существовала. Я была водой с жаждой забрать живое. А тут вдруг дом, двор, сад. Птицы, которые не кликают беду, а просто поют.

Я держала в руках мягкую, тёплую ткань, пытаясь зафиксировать внутри странное ощущение. Она пахла человеком, а ещё мылом, сухим деревом и чуть-чуть дымом. Я прижала кофту к лицу и вдохнула. Запах не вызывал отторжения, он согревал. И от этого мне стало страшно.

Я ушла за куст смородины, как Руслан сказал. Там земля была влажная, листья пахли терпко, и в этом запахе я узнавала травы из прошлого. Мой пальцы дрожали, когда я снимала его рубаху. Я не хотела оставаться голой даже на секунду. Воздух кусал кожу, но память кусала сильнее.

Натянув кофту, штаны и носки, неловко потопталась на месте. Было жутко непривычно. Одежда впивалась в кожу, создавая дискомфорт. Сейчас женщины ходили в брюках, и это было нормой. Ткань была странная, гладкая и она шуршала, когда я двигалась.

Выйдя из-за куста, увидела, как Руслан стоит у яблони и смотрит на дом, будто слушает, что внутри происходит. Дом был тёплый и живой. Я чувствовала это кожей. И в этом доме жило существо, которое я не знавала ранее. Нет, слышала. Ведагор рассказывал, но у сильного ведуна данной нечисти не водилось. Уж, не знаю почему. А здесь жил домовой Акакий. Вредный, маленький, злой.

Он сразу меня невзлюбил, потому что я чужая. Потому что в его мире любой чужой – угроза. А ещё, судя по всему, он ненавидел воду. Видимо, это от кошачьей натуры досталось.