Книга Яга на выданье, страница 23 – Азалия Фэйворд, Виола Сказгард

Спустя полчаса бесплодных поисков, когда я уже мысленно начала собирать вещи обратно в Академию, мой взгляд зацепился за мелкий шрифт в самом низу триста двадцать восьмой страницы. Раздел: «Экстренная реанимация лесных угодий».

— Есть! – завопила я, тыча пальцем в пергамент, едва не опрокинув банку с сушеными жабами. – «Отвар Великого Пробуждения»! Снимает скверну, питает корни, возвращает лесу первозданную дурь... тьфу, мощь!

Я пробежалась глазами по составу.

— Так... папоротниковая пыльца (найдем на чердаке), слеза радости летучей мыши (рассмешим, не проблема), коготь дракона (у меня в сумке завалялся)... И последнее... – Я осеклась и прищурилась, вчитываясь в рецепт.

Васька, забыв про обиду, подался вперед и вопросительно промычал не разжимая зубов: «М-м-м?».

— Экстракт свежести, – зловещим шепотом прочитала я. – Для его получения необходимо раздобыть... пучок зеленых водорослей из личной прически Водяного!

Я медленно подняла глаза на кота. Тот нервно сглотнул, а его мухомор грустно поник. Озеро в Тьмутаракани пользовалось дурной славой. Местный Водяной, судя по слухам в Академии, был существом крайне вредным, катастрофически лысеющим, и за свою жидкую прическу готовым утопить любого без суда и следствия.

Я решительно смахнула с плеча кусок малинового киселя, схватила походную сумку и кровожадно улыбнулась:

— Ну что, Василий Леопольдыч? Собирай вещички. Мы идем делать Водяному новую причёску! И только попробуй мне там пикнуть!

Глава 12.

— Я никуда не пойду в таком виде! – Васька упёр передние лапы в бока, отчего стал похож на пузатый меховой самовар, и возмущённо дёрнул носом. Огромный, мясистый мухомор, надёжно приросший к его переносице, радостно покачнулся в такт. – Снимай порчу, хозяйка! А уже потом пойдём шляться по злачным местам вашей Тьмутаракани!

Я смерила этого шерстяного шантажиста самым что ни на есть начальственным взглядом.

— А губа не дура, Василий? – ехидно поинтересовалась я, поправляя ступу, стоявшую в углу. – Напомни-ка, кто у нас тут дипломированная ведьма, устанавливающая правила, а кто – своевольный, пакостный кот, возомнивший себя великим колдуном? Сам ляпнул заклинание – сам и носи последствия! К тому же, я считаю, что красный в белый горошек невероятно освежает твою морду. Чего не скажешь о несчастном Лешем... Поверь, мухомор на носу – это сущие пустяки.

Кот обиженно засопел, но крыть ему было нечем.

Так как местного навигатора у меня не водилось, а в какой стороне плещется здешний водяной, я не имела ни малейшего понятия, пришлось прибегнуть к дедовскому методу.

— Избушка, избушка! – скомандовала я, топнув ножкой. – А ну-ка, повернись к лесу задом, а к озеру Водяного – передом!

Изба крякнула, будто у неё радикулит прихватил, неуверенно переступила с лапы на лапу, а потом ка-а-ак крутанётся! У неё, видимо, сбились настройки вестибулярного аппарата, потому что она завертелась на месте, как взбесившаяся центрифуга на максимальных оборотах.

Мы с Васькой летали от стенки к стенке, собирая лбами сушёные травы и котелки. Когда мы оба достигли той самой, предпоследней стадии тошноты, когда душа уже просится на выход, избушка резко вкопалась в землю.

Дверь распахнулась. Вместо живописного пейзажа перед нами стояла плотная, мутная, как прокисшее молоко, стена густого тумана. Мрачновато, если честно.