Книга Елена Троянская. Возмездие, страница 199 – Сьюзен Уилсон

Захватчик занес меч для следующего удара.

— Посмотри на меня, троянец! Сейчас я тебя прикончу. Тебя собирается убить Неоптолем, сын Ахиллеса. – Парень улыбнулся. – А потом я умерщвлю суку Елену.

Он перерезал мальчишке горло.

Возможно, возмутившись самонадеянностью юноши, двое ахейцев подбежали к Елене. Ноги почти отказывались ее держать.

— Вы не можете меня тронуть! Я жена Менелая! – закричала она.

— Ты шлюха Париса, – высмеял ее один из нападавших.

Что бы они ни собирались сделать, их внимание отвлекла новая партия защитников, выбежавших на крики во дворе. Прибывшие – оставшиеся сыновья Приама и горстка слуг – успели наведаться в дворцовую оружейную. Их предводитель, Деифоб, зарубил троих захватчиков. Он остановился посмотреть в глаза матери. И в эти несколько мгновений ахеец, чье лицо было скрыто под шлемом, вспорол ему живот.

С необъяснимой внезапной болью в сердце Елена смотрела, как гордый, сердитый Деифоб зажимает руками выпадающие внутренности. Она была не в силах отвернуться, как в тот раз, когда он заставлял ее смотреть со стен Пергама на изуродованное тело Гектора. Остолбенев, Деифоб рухнул на каменный пол двора. Геройская смерть для брата, уж очень боявшегося сражаться рядом с Гектором.

Неоптолем приблизился к корчащемуся Деифобу и полоснул его по носу и щекам. Поставил ногу на шею умирающего и сломал ее.

Полит, один из младших сыновей Гекубы, с криками бросился к умирающему брату. Неоптолем терпеливо ждал, пока юноша, уклоняясь и подныривая, проберется через гущу рукопашной.

Приам ковылял, обходя по краю место боя и направляясь к алтарю Тархунта. Он резко остановился и вытянул руки к Политу.

— Иди ко мне, дитя! Ах, боги, оставьте мне одного сына! – престарелый царь поскользнулся на луже крови и упал на четвереньки.

Елена не дыша смотрела, как он мучительно медленно ползет среди леса ног и в его древнюю плоть грозит вонзиться копье или меч.

Каким-то чудом Приаму удалось добраться до ступеней алтаря. Он положил на них руки и с трудом поднялся. Женщины расступились, и царь, шатаясь, пошел к алтарю. На полпути он обернулся и снова протянул руки к Политу, словно лаская рассыпающиеся пряди волос юноши.

— Осторожнее, сынок! Ты еще не воин, – молил старик, хотя Полит не мог его слышать среди шума.

Ослепленный горем юноша яростно ринулся на Неоптолема. Его противник уходил от атак, легко пританцовывал из стороны в сторону и потихоньку вел Полита к алтарю. Полит дважды оборачивался, бросая взгляд на труп Деифоба, который топтали сражающиеся. Неоптолем мог бы ударить в эти моменты, но он этого не делал.

— Я поступлю с отцом Гектора так же, как мой отец поступил с Гектором, – сказал он Политу, когда они оказались уже почти у алтаря. – Привяжу Приама к своей колеснице и протащу его труп вокруг стен вашего пылающего города.

Взбешенный Полит бросился на своего мучителя, а тот отошел в сторону. Неоптолем взмахнул мечом по дуге и взрезал парнишку от лобка до груди.

Приам с Гекубой издали жуткий вопль. Они оба согнулись, схватившись за собственные животы, будто рану нанесли им.

Неоптолем изучал их с выражением детского любопытства. Он вытянул ногу и столкнул Полита со ступеней.

Несчастный, которого быстро покидали жизненные силы, смог на локтях вползти на первые несколько ступеней. Гекуба подбежала к своему ребенку и обхватила его голову руками. Мимо ее уха пролетело копье, а она гладила мокрые кудри Полита. Приам подобрал копье и неуклюже бросил в Неоптолема.