Книга Дьявол в «Доме кукол», страница 5 – Ричард Кэдри

— И вы хотите, чтобы я отправился на это шоу демонических уродов, в которое никто даже не верит, но все до усрачки боятся.

— Боюсь, что да, Король Лжецов.

— Неудивительно, что Люцифер слинял.

— Лорд Люцифер не трус, — кричит Герион.

Солдаты в кузове грузовика смотрят на ссорящихся папу с мамой.

— Я не сказал, что он струсил. Я сказал, что ему хватило ума.

Герион отворачивается, уставившись в заднее окно.

— Что это там впереди?

Местность снова меняется. Густой лес по берегам реки. Деревья, покрытые грибком и сыростью. Затем появляется запах. Я рад, что не притронулся к «Единорогу». Герион не оборачивается.

— Второе кольцо. Болото Алфея. Самое нутро ада.

Он не шутит. Я в одной выбоине от того, чтобы велеть Человеку-Слону разворачиваться и везти нас обратно в огонь. Река впереди представляет собой густой ползущий поток бурлящей крови и дерьма. Канализация Даунтауна должна куда-то сливаться. Почему бы не посреди хрен-знает-где? И почему бы не проложить дорогу через него, чтобы удерживать предателей Люцифера внутри, а любопытствующих дебилов снаружи? Как и в случае с огнём, у нас нет выбора, куда двигаться. Мы направляемся прямо в Тошнотворное Болото. Я на грани того, чтобы выблевать всё, что съел со времён детства, от пюре из зелёного горошка до курицы и вафель. Чёрт. Не те воспоминания. Мой желудок начинает выполнять деревенский тустеп^[6]. Я думаю о Кэнди, но она заставляет меня думать о сексе и о катании, перемещении и переворачивании мебели. Моё чутьё говорит мне двигаться дальше. Я смотрю вперёд и концентрируюсь на деревьях. Темные ветви, увешанные изумрудно-зелёными паразитами. Мои внутренности остывают и возвращаются туда, где им и положено быть.

Человек-Слон замедляет ход, теряя из виду дорогу в коричневой трясине.

— Сворачивай влево. — говорю я ему. — Следуй вдоль корней большого дерева впереди и между двумя меньшими.

Он кивает, улавливая принцип.

Герион выглядит так же, как я себя чувствую. Он плюхнулся на своё сиденье, опустив голову между коленей. Даже воняющим-как-рыбная-лавка солдатам не по себе.

Я не подписывался на всё это, но в худшем случае я всегда полагал, что быть Дьяволом, по крайней мере, немного весело. Стрелять из пневматики по идущему по канату над озером из кипящего лимонного сока и битого стекла Гитлеру. Играть в «Прикрепи ослу хвост»^[7] со Сталиным. После ланча, может, несколько раундов в «Колоти-по-Теду-Банди»^[8]. Вместо этого я получаю буквально реку дерьма. Как там в старой поговорке: «Благими намерениями вымощена дорога в ад»? Эта вымощена, покрыта ковровой дорожкой и оклеена обоями из кожи с моей больной задницы.

Мы на полпути через реку, когда Человек-Слон останавливается.

— В чём дело? — спрашиваю я.

Он вытягивается и смотрит поверх капота «Унимога».

Герион тоже встаёт и произносит слова, которые я надеялся никогда не услышать.

— Мы застряли.

Люцифер, сукин сын, должно быть ты смотришь с Небес и ржёшь до усрачки. Клянусь, когда-нибудь я заставлю тебя бороздить эту реку из конца в конец.

Я тяну за ручку и открываю дверь. Герион хватает меня за руку.

— Что ты делаешь?

— Нам нужно вылезти и подтолкнуть.

Он морщит лоб, глядя на меня.

— Подтолкнуть — это то, для чего те солдаты в кузове. А не Повелитель Подземного Мира.