Книга Красный галстук, черный лес, страница 6 – Валерий Шарапов

— Утром сообщили участковому, — продолжал Никифор. — Тодеренчук приехал быстро. Привел сотрудников, собаку. Начали прочесывать территорию. Потом лес вокруг, берег озера. Опрашивали детей из отряда.

— Что они говорили?

Никифор пожал плечами.

— Ничего конкретного. Видели их днем. Кто-то говорил, что они шептались о чем-то. Кто-то видел, как они шли по главной аллее после обеда. Но точно никто не помнит.

— Шептались о чем?

— Дети не слышали. Мальчишки всегда что-то затевают. Тайны, секреты. Это возраст.

Туманский оторвал взгляд от записей.

— Вы говорите, дети шептались. Мальчишки в этом возрасте обычно делятся тайнами с вожатым. Особенно с тем, кого уважают. Вам не показалось странным, что эти трое вдруг замкнулись?

Никифор встретил его взгляд. Не моргнул, хотя шпилька в его адрес была чувствительной.

— Не все дети одинаковые. Костюк из другого отряда, я за ним не так пристально слежу. А Чижов с Малыком… они всегда были самостоятельными. Не из тех, кто жалуется или спрашивает разрешения.

— Значит, вы их знаете хорошо?

— Конечно. Четвертый год работаю.

— Тогда вы могли бы предположить, куда они пошли. Исходя из характеров мальчишек, их интересов. Из того, чем они были увлечены.

Пауза затянулась. Никифор не торопился отвечать.

— Нет. Не могу сказать. Никаких версий.

Пауза затянулась. Туманский смотрел на Никифора. Никифор смотрел на Туманского.

Воронов повернулся от окна:

— Хорошо. А чисто гипотетически — куда они могли пойти?

Никифор перевел взгляд на оперативника.

— Вариантов много. Лес большой. Озеро рядом. Есть старое стрельбище километрах в трех отсюда…

— Да, стрельбище! — подхватил директор. — Для пацанов это вообще «терра нова»! Тянет их туда, как пчел на мед!

— Что же там такого интересного? — заинтересовался Туманский.

— Раньше мы туда часто водили детей, — ответил Никифор. — Там в самом деле место необычное. Песок, защитные валы, остатки движущихся мишеней, лебедки… Дети там копались, гильзы собирали.

— Но это уже все в прошлом! — снова вставил Шевчук. — Теперь туда ходить запрещено. Штаб военного округа не одобряет. Закрытая зона. Могут быть неразорвавшиеся снаряды.

— Ну, это они так говорят, — уточнил Никифор. — Но причина, наверное, в другом…

— Пацаны могли туда пойти? — спросил Туманский.

— Могли. Но это далеко. И страшно. Дети сами себе сказки напридумали про это стрельбище. Что там привидения фашистов, что скелеты из песка торчат. Что туда надо идти в безлунную ночь с фонариком. — Никифор усмехнулся. — Храбрецы находятся, конечно. Но не все.

Туманский записал.

— Чижов, Малык и Костюк — храбрецы? — спросила Валя.

Никифор задумался. Будто взвешивал ответ.

— Чижов — да. Костюк — тоже. Малык за ними тянется. Мог пойти за компанию.

— Вы проверяли стрельбище?

— Собака туда не повела. След терялся у озера.

Туманский посмотрел на Никифора.

— Понятно. Собака, значит, главный следователь в этом деле. А мы так, для красоты приехали. У нас еще будут к вам вопросы. А пока все.

Никифор встал. Поправил рубашку, вышел. Дверь закрылась за ним тихо.

Воронов обернулся к Туманскому:

— Слишком гладко.

Туманский смотрел на директора, словно хотел у него о чем-то спросить, да никак не решался.

— Да. Слишком.

— Ну а я здесь при чем? — пожал плечами директор. — Никифор рассказал все как было…