Книга Зона категории «90», страница 39 – Дмитрий Штиль

— Ты посмотришь, Дима, — тихо ответил я. — Ты поведешь его прямо на этот объект. Жди сигнала.

Мы разошлись в разные стороны. Колесо обозрения продолжало со скрипом вращаться над весенним Свердловском, отмеряя последние морозные дни.

Временный кабинет полковника Зуева в здании Свердловского управления КГБ казался отсеченным от остального мира невидимой, но непроницаемой стеной. Сюда не долетал шум проспекта Ленина, здесь не было суеты, присущей местным оперативным отделам. Здесь вершилась высшая математика государственной безопасности, не терпящая эмоций и оправданий.

Когда за последним участником расширенного совещания закрылась дубовая дверь, в кабинете остались только мы двое. Зуев ослабил узел галстука, подошел к окну и молча закурил, глядя на небо промышленного гиганта. Я стоял у стола, ожидая, когда он заговорит первым.

— Значит, упустили, — голос полковника прозвучал глухо, без вопросительной интонации, это была констатация факта.

Я не стал отвечать, критиковать коллег мне не хотелось, сейчас важно было другое.

Зуев медленно обернулся. В его глазах не было гнева, только ледяная, сосредоточенная усталость.

— Что ему нужно, Ланцев? Твой источник с ним встретился. О чем они договорились?

— Романчуку известен факт существования объекта «Кедр-14». И он знает, что там находятся не просто остаточные следы тепловой аварии, а настоящие аномалии. — Я выдержал короткую паузу, подчеркивая вес следующих слов. — Американец ищет проводника. Он просит Дмитрия провести его непосредственно к объекту.

Зуев прошел к столу и опустился в кресло. Он сцепил пальцы в замок, превратившись в каменное изваяние.

— Образцы почвы. Соскобы со стен. Графит. И если ему это удастся, американцы одним ударом убивают двух зайцев. Первое: как только их физики положат эти образцы под спектрометр, они мгновенно поймут, что взрыв на Урале произошел не на обычной АЭС. Специфический изотопный состав докажет им применение технологий на быстрых нейтронах. Они поймут масштаб нашей программы БН-800.

— А второе? — я прищурился.

— Второе — это компромат абсолютного уровня. У них на руках окажутся физические доказательства того, что Советский Союз скрывает радиационную катастрофу невиданных масштабов или, что еще хуже для нас, проводит тайные испытания принципиально нового ядерного оружия. С этими пробами они выйдут на трибуну ООН. Они инициируют жесточайший международный скандал, потребуют допустить комиссию МАГАТЭ в святая святых Минсредмаша — в наши закрытые города. Это будет ультиматум. Политический шантаж, который мы не сможем отбить просто нотами протеста.

Тишина в кабинете стала почти осязаемой. Часы на стене отмеряли секунды.

— Каков у нас замысел? — голос Зуева стал сухим и режущим.

— Высылка ничего не даст. Они пришлют другого. Нам нужно не просто избавиться от Романчука, нам нужно дискредитировать саму попытку американцев лезть в эту зону. И мы сделаем это их же руками.

Я подошел ближе к столу.

— Дмитрий согласится на предложение Романчука. Он станет его проводником. Они пройдут через периметр — я лично обеспечу им безопасный коридор в обход патрулей Внутренних войск. Американец зайдет в Зону. Он достанет свои дозиметры, щипцы, контейнеры для проб. И вот в этот самый момент, когда он будет упаковывать фонящий кусок земли с «Кедра-14»… мы его берем.