Книга Код «Бинома», страница 11 – Дмитрий Штиль

— Аркадий Петрович, — жестко перебил я. — Мне не нужна атмосфера. Мне нужен результат. Американский код писали гении. Чтобы найти в нем уязвимости или скрытые дефекты, мне нужен человек с нестандартным мышлением.

Я постучал пальцем по столу.

— Коган будет проверять структуру, а Нудельман будет проверять гармонию. Он видит цифры иначе.

— Но если он начнет чудить… — попытался сопротивляться директор.

— Это мои проблемы. Ваше дело — включить его в приказ. Зачислить в спецгруппу. И обеспечить ему доступ к терминалу. Всё.

Мастрюков обреченно махнул рукой.

— Как знаете. Ответственность на вас. Но предупреждаю: если он сорвет сроки из-за своих депрессий или «озарений», я докладную напишу.

— Договорились. — Я встал, забирая коробку. Оставлять её без присмотра я не собирался. — Готовьте помещение и предложения по составу группы, Аркадий Петрович. Завтра начинаем. И помните: из этой комнаты не должен выйти ни один бит информации. Иначе мы с вами поедем валить лес. И это будет не фигура речи.

Мастрюков молча кивнул, провожая меня взглядом.

После общения с главой ВЦ я отправился к своему новому другу. «Нора» Нудельмана в недрах Вычислительного Центра жила своей жизнью. Здесь не было академической тишины, здесь гудели вентиляторы охлаждения, мигали лампочки осциллографов и пахло канифолью. Сам хозяин сидел на полу, что-то яростно черкая в толстой общей тетради.

Я перешагнул через бумаги.

— Илья Исаакович. Я пришел с задачей.

Слово «задача» сработало как триггер. Математик замер, грифель застыл в миллиметре от листа. Он медленно повернул голову. Глаза у него были красные, воспаленные, но абсолютно ясные.

— Какой?

— Государственной, — я понизил голос. — Мы создаем спецгруппу. Здесь, в ВЦ. Закрытый сектор. Будем адаптировать архитектуру ОГАС под критически важные объекты. Мне нужны ваши мозги, Илья. Вы включены в список.

— Скучно, — Нудельман потерял интерес и вернулся к тетради. — АСУ — это бухгалтерия. Считайте сами свои проценты.

— А если я скажу, что в основе лежит нелинейная логика? — я забросил наживку. — Чужая логика. Которую нужно взломать и переписать.

Карандаш снова замер.

— Чужая? — он прищурился. — Насколько чужая?

— Заокеанская.

В глазах Нудельмана вспыхнул тот самый огонек, который я и искал. Азарт игрока, которому предложили партию с гроссмейстером.

— Это… любопытно, — проскрипел он. — Топология кода?

— Увидите. Допуск оформляется. Пока работать будете здесь.

Я выдержал паузу, давая ему переварить информацию. Клиент созрел. Теперь нужно было проверить его главный инструмент.

Достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист бумаги.

— Но пока допуск идет, у меня есть частная просьба. Разминка для ума.

Я развернул длинный список. Там были фамилии. Инженеры, начальники смен, ведущие операторы БН-800. Те, от чьих рук будет зависеть будущее реактора. И, возможно, судьба страны.

— Что это? — Нудельман брезгливо взял листок двумя пальцами.

— Люди. Персонал сложного объекта. Мне нужно знать их… коэффициенты.

Я кивнул на исписанные формулами стены его каморки.

— Используйте свой метод. Бином, Пифагор, матрица. Просчитайте их. Кто сломается? Кто предаст? Кто запаникует?

Нудельман фыркнул, возвращая листок.

— Вы же из органов. У вас свои методы. Досье, характеристики, «стукачи». Зачем вам математика?