Книга Граф Рысев 2, страница 79 – Алекс Ключевской

— Дежурный! — бедный парень уставился на Пумова. — Ондатрова найти и тоже арестовать. Доигрались, детишки, теперь с вас спросят, как со взрослых, — он проводил взглядом начавших сопротивляться аресту курсантам и наклонился к Сусликову. — Гена, обопрись на меня. Давай, я тебя в госпиталь оттащу. Чижиков, помоги мне, хватай капитана с другой стороны. Да и сам ты что-то хреново выглядишь, надо бы тебя целителю показать.

— Пумыч, я же этих козлов убью, просто убью, — простонал Сусликов.

— Не убьешь, я тебя к ним не подпущу, — проговорил Пумов. — Они под трибунал пойдут. А потом дальние гарнизоны охранять. На четвёртом уровне, не выше, — добавил он мстительно. — А тебе выздоравливать надо будет. Они здорово тебя отделали, сукины дети. Ничего, я не успокоюсь, пока они самый максимум не получат. А то, совсем распоясались. Здесь армия! Хотели куролесить, вон Академия изящных искусств рядом.

— Что-то я уже сомневаюсь, что в этой Академии их только рисовать учат, да статуи ваять. — Пробормотал Чижиков. — И как бы там правила не по серьезней наших. — Он внезапно вспомнил, как Рысев рисовал вазу, объясняя этот тем, что прорыв когда-нибудь закончится, а вот ваза по заданию учителя сама собой не нарисуется.

Погрузившись каждый в свои думы, они дошли до госпиталя, где Чижикова и капитана сразу же приняли целители. Пумов же отправился в комендатуру. Он не собирался отпускать это дело на самотёк, а для этого необходимо было не выпускать его из вида ни на одном из этапов.

* * *

— Ты не жалеешь? — Маша лежала головой у меня на животе и водила пальчиком по уже давно зажившему неровному шву на боку.

— Я? — покосившись на неё, заложил руки за голову. — Уж поверь, я ни о чём не жалею. Ты сама как? Тебе понравилось?

— Сначала было немного странно, а потом очень даже хорошо, — призналась она.

Не самая лестная оценка, но, учитывая, что она была девственницей, вполне даже приемлемой. Тем более, что я так сильно её хотел, что почти позабыл, про тот факт, что она девственница, и надо действовать аккуратно и нежно. Так что это её «странно», хотя бы не прозвучало как «отвратительно». Потом я, правда, реабилитировался, но это всё равно полностью не сгладило «странного» ощущения нашего самого первого раза. Такого неловкого и даже в какой-то степени торопливого… Ладно, не будет о грустном.

— В следующий раз будет гораздо лучше, — пообещал я ей.

Мы замолчали и молчание длилось пару минут, после чего Маша задала вопрос.

— Откуда у тебя это? — она снова провела пальцем по шраму.

— Изменённый тигр порвал, — буднично ответил я, невольно вздрогнув, словно воочию ощутив ту жуткую боль и свои неуклюжие попытки зашить рану.

— Ты сказал, что Лёню убьёшь, — она скрестила руки и положила на них подбородок. — Это же не из-за меня?

— Не только, — я нагнулся, и подтянул её повыше, устраивая у себя на груди. — За тебя я бы ему морду разбил в хлам и велел не приближаться. Тем более, что замуж ты за него однозначно не выйдешь. А убью я его за другое.

— За что? — Маша нахмурилась, но я успел заметить, как в её теплых карих глазах промелькнули синие искры. Так, а вот это совсем ненормально. — Женя, мне, правда, нужно это знать.

— Маш, ты помнишь, как мы с тобой познакомились? — спросил я, перебирая её волосы.