Книга Граф Рысев 2, страница 78 – Алекс Ключевской

Он слышал, как в казарму вошли несколько человек. Слышал, как они подошли в кровати Чижикова, стараясь идти совершенно неслышно. Просто не придал этому значения. Мало ли кто решил вернуться. Занятия в связи с прорывом были отменены, и курсанты разбрелись по территории училища, пытаясь чем-то занять такое неожиданное свободное время.

Сусликов нашёл пулю и начал выпрямляться, когда сзади ему на голову накинули плотное покрывало и повалили на пол.

Он был весьма умело обученным бойцом. Поэтому даже в полной темноте и дезориентации сумел достать как минимум двоих из нападавших. Работал ногами, ориентируясь на звук. Судя по всхлипам, сумел достать двоих, а потом ему ударили чем-то тяжелым по голове, и он уже не смог сопротивляться.

Чижикова всё-таки вырвало. Умывшись и прополоскав рот, он посмотрел на себя в зеркале. Невзрачное лицо немного заострилось. Он словно похудел на несколько килограмм. И это неудивительно, организм использовал для усиления и увеличения массы каналов собственные ресурсы. Глаза горели синеватым огнём. В них всё ещё плескалось пламя макра.

— Что-то мне и правда нехорошо, — сообщил он своему отражению. — Пускай капитан меня осматривает и или сам занимается, или отведёт к кому-нибудь, кто сможет помочь.

Выпрямившись, он встряхнул мокрыми волосами и пошёл обратно в казарму. Войдя в большое помещение, заставленное кроватями, Марк замер на месте, не зная, как реагировать на открывшуюся ему картину. Четверо ближайших подручных Ондатрова с явным наслаждением пинали уже практически не шевелящееся тело, скрючившееся на полу. На голову жертве было накинуто одеяло, а ещё двое поскуливали в сторонке. Им здорово досталось от того, кого они в итоге вырубили, и в избиении эти двое участия не принимали.

— Вы что, совсем охренели? — спросил Чижиков, привлекая к себе внимание.

— А-а-а, — четверо идиотов замерли, глядя на него, а затем перевели взгляд на свою жертву. — Чижиков, а кого мы тогда… — протянул один из них. — Это же тебя надо было слегка поучить, за то, что Лёне морду разбил, да с Рысевым начал яшкаться.

— Что здесь происходит? — рык вошедшего полковника заставил всех, находящихся в казарме курсантов присесть. Сейчас Пумов был как никогда похож на свирепого степного льва, бывшего тотемом его рода. — Отставить! Смирно! Курсант Чижиков, снимите одеяло с потерпевшего.

Марк быстро присел рядом с тем несчастным, которого избили его бывшие приятели. Когда одеяло слетело, Сусликов уже начал приходить в себя. И с помощью Марка сел, держась руками за голову.

В казарме воцарилась тишина, которую нарушило тихое шипение Пумова.

— Это залёт, курсанты. Дежурный! Всех шестерых под арест!

— За что? — пискнул заглянувший в казарму курсант, которому не повезло сейчас дежурить.

— За нападение на офицера, — тихо проговорил Пумов. — И причинение вреда его здоровью.

— Это же трибунал, — ахнул дежурный, но под бешенным взглядом полковника заткнулся и быстро вызвал подмогу по рации, которые выдавались всем дежурным в обязательном порядке.

— Это всё Лёнька Ондатров! — заорал один из придурков, который пришёл в себя и, осознав, во что вляпался, попадать под трибунал без идейного руководителя не захотел. — Это он мне сказал, что долг простит, если я в «тёмной» для Чижа поучаствую!