Книга Перепутье, страница 50 – Илья Ангел, Алекс Ключевской

— Скажите мне, Наумов, весь прошлый год, успешно прикидываясь идиотом, не поддающимся обучению, вы преследовали какие-нибудь иные цели, кроме доведения ваших преподавателей до белого каления?

— У меня не было никаких целей, ни основных, ни дополнительных. Вы просто не давали мне шанса себя проявить, – я ответил спокойно, вспоминая тот случай с домашней работой. Судя по виду Бурмистровой, она в этот момент тоже вспоминала это происшествие. Слегка смутившись, она отвернулась от меня, обводя взглядом класс.

— Итак, Дмитрий Александрович только что озвучил, не то чтобы классический, но весьма наглядный пример того, как именно от количества использованной силы мага может зависеть качество выполненного заклинания. А сейчас я вам покажу несколько техник выделения и отмеривания необходимого количества энергии. Оставшуюся часть урока и три последующих мы будем практиковаться. Итак, приступим.

И мы приступили. На каком-то этапе я «завис». Головная боль стала настолько сильной, что я незаметно для самого себя упал в медитацию, чтобы хоть как-то от неё абстрагироваться.

Боль неожиданно отпустила, но меня вместо этого внезапно резко закружилась голова, а тошнота усилилась. Я закрыл глаза, пытаясь проглотить подступивший к горлу комок. Сглотнув, осторожно приоткрыл глаза, и сразу же распахнул их, качнувшись так, что едва не свалился со стула.

Все мои однокурсники и Бурмистрова переливались разными цветами. Кто больше, кто меньше, но абсолютно все. Я обвёл изумлённым взглядом класс. Цвета были разные, интенсивность и яркость варьировались, но чаще всего в одном человеке присутствовал какой-нибудь один цвет. Реже два. Трёх не было ни у кого. Не говоря уже о таком разнообразии, которое я видел однажды у Романа. Но даже в случаях, когда цвета было два, один из них являлся доминирующим. Второй же был едва различимыми на фоне основной нити.

Я перевёл взгляд на Егора. Его тело оплетали серебристые нити, исходящие из центра его головы. Именно там они все сливались в одну и входили в источник. За одноцветной нитью наблюдать было гораздо удобнее, чем отвлекаться на несколько разных. Да и шли они ровно, причём у всех в классе, не стараясь переплестись между собой, как это было у Гаранина.

А ведь он старше и явно мог контролировать свою магию лучше, чем все собравшиеся в этом классе студенты – второкурсники. За исключением Бурмистровой, естественно. Теперь мне стало очень интересно, каким именно даром владает Гаранин. И очень любопытной была его реакция, когда я ему рассказал о том, что увидел. Именно сейчас я понял совершенно отчётливо – Ромка тогда чего-то сильно испугался.

Глядя на Егора, я начал осознавать, насколько эти нити были важной жизненной частью в организме мага. Они как нервы и сосуды поддерживали жизнь в маге, по сути подобием сосуда и являясь. В это время Егор слегка нагнулся над партой, и я увидел, словно небольшое озерцо расплавленного серебра в районе макушки.

Оторвавшись от разглядывания Егора, я нашёл взглядом Ванду. Светло-голубые, почти белые нити переплетались с золотистыми и уходили куда-то в верхние отделы живота. А ведь она говорила, что обладает только даром ветра. Что же значит золотой цвет? Почему-то я был уверен, что именно бело-голубые нити дара, отвечали за стихию ветра. Ни у кого больше, при беглом осмотре подобного золотистого свечения не было.