Онлайн книга «Во власти Скорпиона. Враг моего врага»
|
— Кто знает, но если удастся договориться — война закончится. Если нет — хотя бы будем контролировать их армию через матку. Котов задумчиво сплетает пальцы. — Мне нравится, — говорит он. — Безумие, прямо как я люблю. Когда начинаем? — Завтра на рассвете. У бурых активность снижается в предрассветные часы — Мастифин заметил. Это наше окно. — Тогда мне нужно подготовить людей. Пойду к куполу. Он встаёт, жмёт мне руку и уходит. В дверях оборачивается: — Скорпиоша. — Чего? — Не подохни там. — Постараюсь. Он усмехается и исчезает за дверью. Сижу в кабинете, смотрю на карту. Завтра — бой. Большой, настоящий, с тысячами противников. Самое крупное сражение в моей жизни — и в этой, и в прошлой. Но сначала — подготовка. * * * Симферополь. Архив губернаторской администрации. Везде пыль: на полках, папках, полу и даже в воздухе — мельчайшие частицы кружатся в луче света из маленького окна под потолком. Ольга сидит за столом, заваленным документами. Стопки бумаг — слева, справа, перед ней. Старые, пожелтевшие, некоторым по пятьдесят лет, некоторым — больше. Архив губернаторской администрации хранит всё — от указов до личных дел, от финансовых отчётов до писем. Никто не выбрасывает ничего, и слава богу. Она здесь уже третий час. Ищет двух зайцев одновременно, а то и трёх, если повезёт. Первый — бывшие работницы и стажёрки Щеглова. Те, о которых говорил журналист Ларин. Секретарши, помощницы, практикантки. Ольга просматривает кадровые документы за последние десять лет — увольнения, переводы, отпуска за свой счёт. Ищет закономерности. И находит. Три девушки уволились в течение месяца после начала работы с Щегловым. Одна — перевелась в другой город. Две — просто исчезли, будто их и не было. Записывает имена, фамилии, даты. Это пригодится Ларину. Второй заяц — Сольпугины и Скорпионовы. Ольга не знает, что именно ищет, но чувствует — здесь что-то есть. Интуиция, женская, необъяснимая, но до сих пор ни разу не подводившая. Она копает глубже. Старые документы, столетней давности. Земельные реестры, наследственные дела, судебные акты. Крым был густо населён аристократией — рода переплетались, ссорились, мирились, женились. И вот — невзрачный листок. Старый, с обтрёпанными краями, засунутый между двумя толстыми папками с налоговыми отчётами. Кто-то спрятал его — или кто-то забыл. Ольга вытаскивает его и читает. Это не документ. Скорее — заметка. Написанная от руки, торопливым почерком, без даты. Но содержание… Речь о кольце Сольпуги. Ольга читает внимательно, слово за словом. Потом перечитывает. Потом — в третий раз, чтобы убедиться, что не ошиблась. — Теперь понятно, — шепчет она, — почему Сева не смог активировать родовое кольцо матери… И тут за её спиной скрипит дверь. Ольга замирает. Прижимает лист к груди, быстро соскальзывает со стула и приседает за стеллаж. Сердце колотится, руки дрожат, но она не издаёт ни звука. Шаги. Медленные, тяжёлые. Кто-то вошёл в архив и идёт вдоль полок. Останавливается, шуршит бумагами, идёт дальше. Ольга прижимается к стеллажу. Дышит тихо, неглубоко. Листок — за пазухой, прижат к телу. Она хочет высунуться и посмотреть, кто это, но страх парализует. Оля с трудом собирает все силы в кулак и, наконец-то, выглядывает, но увиденное удивляет куда больше, чем можно было бы подумать… |