Книга Во власти Скорпиона. Кто на новенького?, страница 132 – Александр Майерс, Гриша Громм

Её глаза расширяются.

— Сева, что…

Беру её руки. Сжимаю и собираюсь войти в дом.

— Я не тот, кем кажусь. Я…

Рёв моторов нарушает веселье. Оборачиваюсь.

Свет фар — ослепительный, режущий глаза. Машины въезжают во двор — чёрные, бронированные. Три, четыре, пять.

Из них выскакивают люди. Бойцы в форме и с оружием.

Не бандиты — это явно официальные структуры. Имперская гвардия? Служба безопасности?

Гости в панике. Крики, давка. Кто-то падает, кто-то бежит.

Музыка обрывается — музыканты бросают инструменты и пытаются скрыться из поля зрения этих бугаёв.

— Что происходит⁈ — орёт Кабанский.

Командир — огромный мужчина с каменным лицом — выходит вперёд.

— Граф Скорпионов!

Закрываю собой Олю. Автоматически, не думая.

— Что происходит?

Командир поднимает руку. За ним — десятки стволов. Все направлены на меня.

— Вы арестованы. Руки за голову.

— На каком основании? — интересуюсь я.

Он не отвечает.

Котов делает шаг вперёд.

— Какого хрена здесь происходит?

Двое гвардейцев наставляют на него стволы. Котов только усмехается и я чувствую, как вокруг него возникает духовный щит. Мастифин хватается за оружие.

— Любое сопротивление, — говорит командир холодно, — и стреляем. По всем.

Смотрю вокруг.

Мои люди — на прицеле. Гости — в заложниках. Толик и Маша — застыли за главным столом, в ужасе.

Их свадьба превратилась в кошмар.

Оля дрожит за моей спиной. Чувствую её руки на моём плече — холодные, трясущиеся.

— На каком основании вы собираетесь меня арестовать? — повторяю я.

Командир молча подходит и достаёт тяжёлые антимагические наручники.

— Ты прекрасно знаешь, на каком основании, — цедит он. — Поедешь добровольно или нам устроить тут кровавую баню?

— А ты уверен, что у тебя получится? — интересуется Ярослав. — А то знаешь как оно может обернуться…

— К вам нет вопросов, граф Котов. Советую не вмешиваться.

— Да я как бы уже вмешался.

— Что, драться будем? — раздаётся за спиной бас Цыпы и он громко топает к нам, надевая кастеты. — Какая же свадьба без драки!

Бойцы напрягаются, щёлкают предохранителями. Я поднимаю ладонь.

— Ярослав, Алексей, не надо, — говорю. — Я поеду с ними.

— Сева! — кричит Оля.

— Всё в порядке, — улыбаюсь я. — Прокачусь, узнаю, что наш общий друг намерен сделать. Скоро вернусь.

— Это вряд ли. Руки, — командует командир, приподнимая наручники.

— Размечтался. Я поеду с вами, но на своих условиях. Ну, или можем повеселиться, а потом я обвиню твоего хозяина в нападении на дворянина и в превышении полномочий.

— Да, интересно, что император на это скажет, — поддакивает Котов.

Командир бойцов обводит взглядом моих людей. Гвардейцев, которые уже вооружились и заняли позицию. Долго смотрит на Цыпу, который явно не прочь поломать незваных гостей. Скрипит зубами и опускает наручники.

— Вот и славно. Поехали, — говорю я прохожу мимо командира.

Оля плачет. Кольцо на её пальце блестит в свете фар.

— Всё будет хорошо, — говорю я и улыбаюсь. — Я скоро вернусь. Обещаю!

Сажусь в машину. Дверь захлопывается.

Ну, посмотрим, что приготовил мне губернатор…

Сцена после титров.

Темнота.

Но не полная — слабое свечение пробивается откуда-то. Синее? Зелёное? Сложно сказать.

Пещера. Или тоннель. Что-то между. Стены — странные. Не камень, не земля. Что-то органическое, пульсирующее.

Человек сидит у стены. Худой, заросший. Вместо одежды — лохмотья. Но живой. Глаза — ясные, внимательные.

Рядом — другие фигуры. Пять человек, лежат на полу.

Он сидит, смотрит в темноту. Ждёт. Чего — сам не знает. И тут — что-то меняется.

Вибрация. Едва ощутимая, но реальная. Стены дрожат. Свечение усиливается.

Раньше такого не было.

Он встаёт. Подходит к стене. Прикладывает ладонь.

Камень — тёплый. Нет, не камень. Что-то другое.

Бьётся. Пульсирует. Как сердце.

— Что-то случилось, — шепчет старик. — Снаружи.

Закрывает глаза. Концентрируется. Он чувствует магию, как другие чувствуют запах или звук.

И сейчас — чувствует.

Кто-то вмешался. Кто-то изменил баланс. Снаружи, в реальном мире.

Смерть? Рождение? Пробуждение?

Он не знает, но чувствует — это важно.

Оборачивается. Смотрит на спящих.

— Скоро, — говорит он им, хотя они не слышат. — Скоро всё изменится.

Магия вокруг пульсирует снова. Сильнее, чаще.

Он улыбается. Впервые за месяцы.

— Кто бы ты ни был, — говорит он в темноту, — спасибо. Ты дал нам шанс.

Возвращается на своё место. Садится. Ждёт.

Но теперь — с надеждой, что он выйдет отсюда.

Рано или поздно.

Выйдет.