Книга Во власти Скорпиона. Кто на новенького?, страница 127 – Александр Майерс, Гриша Громм

Берёт Олю под руку, отводит в сторону — к окну, подальше от толпы. Они шепчутся — я не слышу слов, но вижу всё. Вижу, как Алиса поглаживает Олю по плечу — мягко, по-матерински. Как что-то говорит — наклонившись близко, глядя в глаза. Как Оля слушает — сначала напряжённо, потом всё спокойнее.

Алиса поглядывает на меня — раз, другой. Во взгляде — одобрение. Понимание. Что-то вроде гордости.

Интересно. Что там она Оле говорит? Про меня? Про нас?

Оля кивает. Плечи расслабляются. Алиса легонько подталкивает её в мою сторону. Улыбается — заговорщически, по-женски.

Оля идёт ко мне. И когда подходит — уже не смотрит в пол. Смотрит мне в глаза.

И слегка улыбается.

— Спасибо, — говорит она тихо.

Беру её руку. Сжимаю.

— Это только начало.

Алиса смотрит на нас издалека. Улыбается — довольно, тепло. Значит — одобряет. Значит — благословляет наш союз.

Это хорошо. Мачеха — не чужой человек. Её мнение важно. И если она за нас — значит, всё правильно.

Нужно купить кольцо. Скоро Новый год. Свадьба Толика. Самое время сделать предложение.

— Сева, — Котов подходит, вытирая руки от крошек. — Эти твои пирожные — убийственны. В хорошем смысле. Я готов инвестировать.

— Ты уже инвестировал. В своё брюхо, — хлопаю его по животу.

Он хохочет.

— С радостью открою подобную кондитерскую в Кузне.

Вот даже как. А это интересно. День продолжается. Праздник, радость, смех. Впервые за долгое время — просто хороший день.

Вечером сижу в кабинете. Устал. День был длинным — губернатор, кондитерская, бесконечные разговоры и поздравления. Хочется просто сесть и ни о чём не думать.

Наливаю себе вина. Сажусь в кресло у камина.

Стук в дверь.

— Господин, — голос Евграфыча. — Баронесса Спинорогова просит аудиенции.

Опять? Что случилось?

Ставлю бокал.

— Пусть войдёт.

Дверь открывается. Входит Александра.

Выглядит лучше, чем вчера — отдохнула, привела себя в порядок. Но всё ещё бледная.

— Граф, — говорит она. — Я хотела поблагодарить. И… обсудить детали.

— Присаживайтесь.

— Ваши люди уже работают, — говорит она. — Нашли следы поджигателей. Говорят — скоро будут результаты.

Киваю.

— Котов знает своё дело.

— Сипин перешёл черту, — говорю я. — Сначала — мои торговцы. Теперь — вы. Он думает, что может безнаказанно бить по моим союзникам.

Поворачиваюсь к ней.

— Это война, Александра. Настоящая война. И вы моя союзница.

Она молчит. Потом — встаёт.

— Я буду верным союзником, — говорит она твёрдо. — Даю слово.

Протягиваю руку. Она пожимает — крепко, по-деловому.

— Спасибо.

Уходит. Я остаюсь один.

Сипин. Губернатор. Султан. Московские хозяева.

Враги множатся. Но и союзники — тоже.

Война продолжается. Но я готов.

Позже сижу в гостиной, у камина, смотрю на огонь. Языки пламени танцуют, отбрасывая тени на стены. Устал — но спать не хочется. Слишком много мыслей в голове.

Шаги в коридоре. Лёгкие, торопливые.

Оборачиваюсь.

Толик. В парадной форме — новенькой, с иголочки. Погоны блестят, пуговицы начищены. Сияет как медный грош.

— Господин! — он чуть не подпрыгивает от радости. — Вы здесь!

— Толик, — встаю, пожимаю ему руку. — Как служба?

— Отлично! — он сияет ещё ярче, но мнётся. Переминается с ноги на ногу.

— У меня свадьба через три дня.

— Под Новый год? — улыбаюсь. — Символично.

— Да, мы с Машей подумали — новая жизнь, новый год… Всё новое, — он запинается, набирает воздух. — Господин… У меня просьба.