Книга Во власти Скорпиона. Вернуть свое, страница 107 – Александр Майерс, Гриша Громм

* * *

Дорога обратно кажется бесконечной. Адреналин сходит, уступая место всепоглощающей усталости. Она давит на плечи, затуманивает сознание. День был слишком длинным: засада, допрос, поездка к Витальке, накопление энергии, визит к Молоту с эффектным входом… Тело требует просто упасть и не двигаться.

Машины въезжают во двор усадьбы. Я вываливаюсь из салона, еле двигая ногами. Всё, конец. Сейчас только дойти до кровати…

Но как только захожу в прихожую, навстречу выбегает Оля. Её лицо сияет, как солнышко. Она держит в руках большую тарелку, прикрытую полотенцем.

— Господин! А у меня для вас сюрприз?

Она почти подпрыгивает от возбуждения. Я останавливаюсь, с трудом фокусируя на ней взгляд.

— Что за сюрприз, моя хорошая?

Она с торжествующим видом сдёргивает полотенце. На тарелке оказывается пышное, белоснежное, нежное суфле, слегка подрумяненное сверху. Пахнет сладкой ванилью.

— Птичье молоко! — объявляет Оленька. — Настоящее! Из страусиного яйца!

Это настолько неожиданно и абсурдно после всего пережитого за ночь, что я не могу сдержать смеха. Усталость ненадолго отступает.

— Серьёзно? Давай попробую.

Оля протягивает мне маленькую десертную ложечку. Я отламываю кусочек. Суфле тает во рту, воздушное, невесомое, с идеальным балансом сладости и лёгкой кислинки.

— Охренеть как вкусно, — искренне говорю я. — Я хотел сказать, это просто восхитительно!

Оля, сияя, начинает тараторить:

— Коняшка днём снесла яйцо! Я подумал, что из страусиных яиц тоже можно сделать птичье молоко. Ну, и решила попробовать! Правда, забрать у Коня это яйцо было… целое приключение. Но я справилась, как видите!

Она приподнимает суфле с гордостью первооткрывателя. Я беру ещё одну ложку. Да, бесподобно. Но размер порции… она огромная. Этого суфле хватит на человек десять.

— Из одного яйца столько получилось? — спрашиваю я, поражённый.

— Оно же огромное! — Оля разводит руки, показывая размер. — Раз в двадцать больше куриного. Конечно, много вышло.

Я смотрю на это белое облако сладости, потом на уставшую, но счастливую Олю. Идея созревает мгновенно.

— Ну, что ж, — говорю я, снова пробуя десерт. — Это правда очень вкусно. Но раз его так много… значит, завтра утром устроим небольшой праздник. У всех в доме будет сладкий завтрак. Пусть оценят твои кулинарные таланты.

Олечка вспыхивает от удовольствия.

— Правда?

— Правда. А теперь… — я забираю тарелку из рук Оли, подзываю слугу и вручаю ему. — Теперь я не откажусь от десерта на ночь.

Я обнимаю её за талию и настойчиво тяну к себе, а потом по направлению к лестнице. Она издаёт лёгкий, смущённый смешок, но не сопротивляется.

Мы поднимаемся в спальню, и остаток ночи проходит без слов.

* * *

Утро встречает меня ясным солнцем и запахом свежей выпечки. Я приказываю накрыть длинные столы во внутреннем дворике — погода стоит отличная, тёплая, но не жаркая. Вскоре столы ломятся от еды: свежий хлеб, масло, варенье, сыр, домашняя ветчина. И в центре каждого стола — огромное блюдо с белоснежным птичьим молоком, нарезанным на порционные куски.

Слуги и гвардейцы сначала смотрят на всё это с недоумением. За что такой пир? Обычно завтрак — дело скромное. Но постепенно атмосфера разряжается. Все рассаживаются, начинают пробовать. Восторженные возгласы по поводу десерта раздаются со всех сторон.