Книга Лекарь из Пустоты. Книга 5, страница 81 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— Князь Баум — не тот человек, с которым стоит ссориться. У него связи при дворе, деньги, репутация. Если он решит защищать Сереброва всерьёз — нам придётся отступить.

— Может, он просто…

— Что? Просто поддержал партнёра из вежливости? Арсений, ты видел его интервью? — Тимур Евгеньевич обернулся.

Ельцов кивнул. Он видел. Баум не стеснялся в выражениях.

— Это не просто вежливость. Это прямая поддержка. Он встал на сторону Сереброва публично. Заявил всем, что готов бороться с ним против нас. Понимаешь ты это или нет? — в голосе Белозёрова появились жёсткие нотки.

— И что нам делать?

Белозёров вернулся к столу и сел.

— Менять тактику. Мы рановато попытались выступить открыто. Серебров оказался лучше подготовлен, чем я думал… Бодаться с Баумом напрямую мы не будем. Слишком рискованно. Но это не значит, что мы отступаем.

— Продолжаем давление? — уточнил Арсений Андреевич.

— Продолжаем. Но ещё тише и осторожнее, чем раньше. Нужно испортить репутацию Сереброва настолько, чтобы Баум сам не захотел пачкаться сотрудничеством с ним.

— Как это сделать?

— Больше грязи. Самые гнусные слухи, и как можно больше. Любые. Что он шарлатан, призывает демонов, что его мать изменяет мужу… Что угодно.

— Но доказательства…

— Слышал выражение об информационной войне? Тот, кто говорит правду, всегда проигрывает, потому что он ограничен правдой. Кто лжёт — может нести что угодно. Доказательства не нужны. Нужен объём! Когда человека поливают грязью отовсюду — люди начинают верить.

Белозёров улыбнулся, сделал глоток коньяка, а затем достал телефон и положил на стол.

— И ещё кое-что. Позвони Карташову.

— Карташову? Зачем? — приподнял брови Ельцов.

— Сам знаешь, у него есть специфические связи. Пора их использовать.

— Вы хотите…

— Я хочу, чтобы у Сереброва появились проблемы.

— Это рискованно, Тимур Евгеньевич. Если кто-то узнает… — засомневался Арсений.

— Карташов умеет работать чисто. Именно поэтому я держу его рядом.

Белозёров допил коньяк и поставил пустой бокал на стол.

— Действуй, Арсений. И на этот раз — без ошибок.

Ельцов кивнул и встал.

— Понял, ваше сиятельство. Сделаю.

Он вышел. Белозёров остался один, глядя в тёмное окно.

Серебров. Провинциальный выскочка, который посмел ему угрожать. Посмел отказаться. Посмел сопротивляться.

Граф Белозёров не привык проигрывать. И не собирался обретать подобную привычку.

Российская империя, город Санкт-Петербург, портовый район

Кабак «Толстый Енот» был из тех мест, куда приличные люди не заглядывают.

Низкие потолки, прокуренный воздух, липкие столы. За стойкой — угрюмый бармен с синими татуировками на шее. В углу — автомат с презервативами, такой старый, что, наверное, помнил ещё прошлого императора.

Шрам чувствовал себя здесь как дома.

Они сидели в дальнем углу — он и Тоха. Витёк с Костяном остались снаружи, в машине. На всякий случай.

Напротив них сидели двое местных. Щуплый мужичок по кличке Корюх и его подельник, здоровый, но туповатый детина по кличке Морда. Мелкая сошка в местной криминальной иерархии, но с нужными связями.

— Так что там с Карташовым? Ты говорил, есть информация, — спросил Шрам.

Корюх нервно оглянулся по сторонам.

— Есть-то есть… Только это опасная тема, братан. Карташов — человек серьёзный.

— Я тоже серьёзный. Говори, что знаешь.