Книга Лекарь из Пустоты. Книга 4, страница 18 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Сорок километров — это немного, даже с учётом того, что колонна движется медленно. Силы Измайловых как раз прибудут к утру и смогут присоединиться к штурму.

Я уже собирался вернуться на командный пункт, когда увидел Ивана. Он стоял у беседки в саду, прижимая к уху телефон и горячо с кем-то спорил.

— … понимаю, отец. Но нет. Я не уеду. Ты слышишь меня? Я отказываюсь! — твёрдым тоном заявил он.

Всё понятно. Барон Курбатов-старший узнал о войне и решил, что его сыну не место в осаждённой усадьбе. Правда, поздновато он опомнился.

Иван помолчал, слушая длинную тираду в трубке. Потом его лицо ожесточилось.

— Ну и что⁈ Не этому ты меня учил всю мою жизнь! Да, я целитель! Но я ещё и сын главы боевого рода Курбатовых! Я не побегу, когда моего друга хотят убить! Он держит оборону против двух родов, и я здесь, потому что это правильно! Ты сам говорил — честь не в титуле, а в поступках.

Иван снова замолчал, и на этот раз пауза была дольше. Я видел, как по его лицу пробегают разные эмоции: гнев, обида, а потом — удивление и облегчение. Его плечи расправились.

— Спасибо, отец, — Курбатов опустил телефон и тут заметил меня.

Смущённо улыбнувшись, он подошёл и без вопросов объяснил:

— Мой отец хотел меня эвакуировать. Говорил, что для меня здесь слишком горячо и что вообще это не наша война и так далее.

— И что ты ответил? — спросил я, хотя уже слышал большую часть.

— Что я остаюсь. Что не брошу тебя и твоих людей. А он ответил, что услышал меня.

— И всё?

— И всё. Надеюсь, он не только услышал, но и понял, — вздохнул Иван.

Мы постояли молча несколько секунд, глядя на начинающее светлеть небо. А потом ко мне подбежал один из связистов с командного пункта, держа в руках планшет.

— Юрий Дмитриевич! Иван Алексеевич!На родовую почту пришло срочное сообщение! Вам обоим надо это видеть…

Я взял протянутый планшет, и мы с другом вместе посмотрели на экран. Небольшое, сухое письмо, которое пришло… от рода Курбатовых!

'В связи с эскалацией вооружённого конфликта на территории Новосибирской области, непосредственной угрозой жизни и здоровью члена нашего рода, находящегося на ваших землях, а также учитывая неспровоцированный характер агрессии со стороны родов Мессингов и Измайловых, род Курбатовых заявляет о своём вступлении в указанный конфликт на стороне рода Серебровых.

Алексей Васильевич Курбатов, глава рода Курбатовых'.

Иван присвистнул.

— Вот это да. Видимо, он слишком хорошо меня услышал.

— Знаешь, по-моему, это жест настоящего уважения. Он понял, что тебя нельзя отговорить, и поднял весь род, чтобы помочь тебе. Поверь, это не ради меня, — заверил я друга.

— Это… удивительно, — тихо проговорил Иван.

Рассвет уже по-настоящему занимался, разгоняя багровые отблески пожаров. Скоро начнётся штурм.

Но мы встретим его не в одиночестве. У нас за спиной теперь не только собственная гвардия, но и сила двух могущественных союзников.

И это меняло всё. Война вступала в новую фазу.

Российская империя, где-то в пригороде Новосибирска

Проклятая ночь, проклятые поля и проклятая гонка. Шрам лежал в ледяной канаве, стиснув зубы так, что, казалось, они вот-вот треснут. Воздух вырывался из его лёгких со свистом и хрипом. Рядом, не менее живописно раскинувшись, пыхтели его пацаны.

Задание барона было выполнено — командный пункт на восточном направлении они нашли по координатам и обработали как следует. Два выстрела из РПГ по палатке, длинная очередь и парочка гранат в сторону скопления солдат у полевой кухни.