Книга Лекарь из Пустоты. Книга 4, страница 21 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

Смирнов, с трудом поднявшись на ноги, опёрся о горячий бок броневика. Его рот был полон вкуса крови и поражения. Он смотрел на это месиво, на разгромленную, ещё не успевшую вступить в бой армию.

Если Серебровы способны на такое… то, же что ждёт их всех у стен усадьбы? И главное — кто эти невидимки, сумевшие так точно и дерзко ударить? Просто диверсанты? Или что-то похуже?

Ответа у лейтенанта не было. Имелось только осознание того, что «карательный поход» рода Измайловых начался с оглушительного, позорного провала.

Российская империя, пригород Новосибирска, командный пункт рода Мессингов

Полевой командный пункт графа Александра Викторовича представлял собой не обычную палатку, а скорее роскошный разборный дом, поставленный в глубоком тылу, вне зоны досягаемости даже самой дальней вражеской артиллерии.

Один за другим входили посыльные и докладывали об обстановке на поле боя. И каждое следующее донесение нравилось графу меньше предыдущего.

Первое донесение: ночная атака на северном направлении захлебнулась. Потери среди боевых магов и штурмовой пехоты значительные. Противник не только отбился, но и контратаковал, уничтожив трёх сильных магов каким-то неизвестным, крайне разрушительным оружием.

Второе: на западе, где нанесли мощный удар, и оборона Серебровых оказалась прорвана, закрепиться не удалось. Серебровы вовремя прислали подмогу и купировали прорыв. Войска Мессингов отступили, понеся большие потери.

Третье, и самое раздражающее: диверсанты атаковали один из командных пунктов и вывели из строя главную станцию радиоэлектронного подавления. Сделано чисто, профессионально, без свидетелей. Якобы Серебровы использовали призванного духа.

Казалось, этот выскочка Серебров предугадывает каждый их ход. Или же его уникальные способности простираются ещё дальше, чем думал Александр Викторович.

Когда вошёл очередной посыльный, на его лице читалась уже не тревога, а откровенный страх.

— Ваше сиятельство… Срочное сообщение из Совета родов.

— В такое время? Ты ничего не перепутал? — буркнул Мессинг.

— Никак нет, господин… Род Курбатовых… они объявили о вступлении в конфликт на стороне Серебровых, — сказал посыльный и громко сглотнул, явно предвкушая гнев графа.

Наступила гробовая тишина. Александр Викторович пытался осознать услышанное, но не мог заставить себя поверить в то, что это правда.

Курбатовы. Боевой род из Омска. Пускай и небогатые, но жёсткие, дисциплинированные, с репутацией отчаянных вояк. Ходили слухи, будто их гвардия одно время защищала интересы империи в Африке и Иране под видом ЧВК.

— Повтори, — тихо произнёс граф.

— Род Курбатовых вступил в войну на стороне Серебровых, — голос посыльного дрогнул.

Александр Викторович откинулся в кресле. Да уж, ему не послышалось.

Теперь война официально становилась войной трёх родов против двух. Инициатива и численное превосходство ускользали как песок сквозь пальцы.

Но отступать нельзя. Отступить сейчас — значит признать поражение перед всем дворянством Сибири. Значит потерять всё: остатки репутации, влияние, деньги.

Нет. Граф Александр Мессинг не позволит каким-то выскочкам так его унизить. Все-таки не зря он мобилизовал всю свою армию, да еще и подтянул вассалов. Как чувствовал, что от Серебровых можно ожидать подлянки, но не представлял, что такого масштаба.