Книга Лекарь из Пустоты. Книга 1, страница 131 – Александр Майерс, Алексей Ермоленков

— Вы сдержали слово, барон. Я благодарен, — Строгов-старший пожал мне руку.

— А вы можете помочь и мне? — прозвучал вдруг тонкий голосок Милены.

Все обернулись. Девушка стояла, слегка покраснев, но с решительным выражением лица.

— Если Юрий Дмитриевич действительно может то, чего не могут другие… Я тоже прошу его о помощи.

— О чём ты, дочка? — нахмурился Гордей Васильевич.

Милена опустила глаза в пол и проговорила:

— У меня… есть проблема. Мама знает. Большое родимое пятно на груди. Оно… оно уродливое.

— Для девушки это большая проблема, дорогой, — еле слышно прошептала Алиса Георгиевна, но я её услышал.

— Погоди. Почему ты не обратишься к нашему целителю? Родимые пятна легко убираются, — спросил Строгов-старший.

— Пап, ты забыл про мою родовую особенность?

— Чрезмерная регенерация. Никогда не думал, что такой дар, как у тебя, окажется некстати, — озвучил свои мысли Гордей Васильевич.

— У меня сверхсильная регенерация. Любые раны тут же зарастают. Из-за этого ни один целитель не может вывести это пятно. Оно просто восстанавливает клетки до того, как операция заканчивается. Но если вы, барон, готовы попробовать… — Милена посмотрела на меня.

Гордей Васильевич сжал губы и процедил:

— Ты уверена, дочь? Раз у тебя такая проблема, то Юрий Дмитриевич может не справиться.

— Конечно, уверена! Я стесняюсь, папа! Я не могу носить открытые платья, я не могу… — она запнулась, покраснев ещё сильнее.

Все и так понимали, что Милена имеет в виду. Рано или поздно ей предстоит раздеться перед мужчиной, и она боится, что пятно вызовет у него отвращение. Понятно, что никакая девушка не хочет подобного.

Я взвесил риски. Пигментные клетки — не болезнь в чистом виде, но это тоже лишняя, нежелательная структура. Пустота однозначно может её стереть, вот только сверхсильная регенерация все портит. Мне придется отыскать сразу все клетки и обратить их в ничто одновременно.

— Я с этим справлюсь. Но процедура требует уединения. И вашего полного доверия, — сказал я.

Гордей Васильевич долго смотрел то на дочь, то на меня. Алиса Георгиевна положила руку ему на плечо.

— Доверься ему, Гордей. Ты же видел.

— Хорошо. Но если с ней что-то случится…

— С ней ничего не случится, даю слово, — твёрдо пообещал я.

Я сбегал на склад за эликсиром, снижающим регенеративные функции в месте его применения, и мы с Миленой перешли в мой кабинет, где я принимаю пациентов под надзором Дмитрия. Я зажёг свет. Я уже научился зажигать магические светильники. Заклинание для этого было очень простым. Милена стояла посреди комнаты, неловко перебирая пальцы.

— Вам нужно будет обнажить грудь и лечь, — сказал я максимально нейтрально.

Девушка кивнула. Её пальцы едва слушались, расстёгивая пуговицы на платье. Наконец она сбросила ткань с плеч.

На левой груди, захватывая часть зоны декольте, раскинулось обширное пятно винного цвета и неправильной формы. Оно действительно портило идеальную в остальном кожу.

— Обезболивающее вам ставить бесполезно. Ваш организм его очень быстро нейтрализует, — предупредил я.

— Я знаю, Юрий Дмитриевич. Я потерплю, — ответила девушка.

— Закройте глаза и постарайтесь расслабиться.

На всякий случай снова активировал обычное целительское заклинание. Родимое пятно в ауре Милены выглядело как сгусток тёмно-багровых структур, чьи энергетические связи были переплетены с капиллярной сетью.