Книга Наследник, страница 47 – Александр Майерс

— Разве это не так? — ядовито осведомляюсь я.

— Скажу тебе честно: я не знаю. Может быть. В любом случае целью того покушения была не княгиня, а сам князь.

— Как будто это что-то меняет.

— Ты прав, теперь не столь уж важно, кто был целью. Главное, кто погиб той ночью. Но мне тогда было два года. Ты правда думаешь, что я мог участвовать в организации покушения? — спрашивает Черепов.

— Я похож на идиота? Нет, я так не думаю. Но вы — член своего рода, и вас наверняка воспитывали в ненависти к Грозиным, — говорю я.

— Это так. Однако мои чувства к твоей матери оказались сильнее этой навязанной ненависти.

— Как и мои, — подаёт голос мама.

— Когда мы с Аней уже встречались, я пытался поговорить с отцом, — продолжает Сергей. — Я говорил, что мы можем прекратить извечную вражду и объединиться с Грозиными. Что наши кланы, став одним, превратились бы в сильнейший дворянский союз во всём мире. Знаешь, что я услышал?

— Вероятно, отказ, — без энтузиазма предполагаю я.

— Отец сказал, что лучше сдохнет от рака, чем позволит мне просить руки Анны Грозиной. Как иронично, что теперь он умирает именно от рака, — Сергей качает головой.

— Князь Черепов при смерти? — удивляюсь я.

— Четвёртая стадия лейкемии. Ему осталось совсем недолго.

— И вы не боитесь делиться со мной такими сведениями?

— Думаю, что это ни для кого не секрет, особенно после того, как он вернул меня из Европы. Ходят слухи о том, что он хочет вернуть меня в род и сделать наследником, не так ли?

— Так, — соглашаюсь я.

— Это правда. Мой старший брат был убит на дуэли четыре года назад. Кстати, некоторые думают, что к этому приложил руку твой дед, но я не согласен. Да это и неважно. Главное, что, кроме меня, в роду Череповых не осталось других мужчин, а мой отец против того, чтобы титул унаследовала женщина.

Переварив информацию, я говорю:

— Может, лучше мы вернёмся к вам с матерью?

— Да, конечно, — отвечает Сергей и вздыхает. — Мы продолжили встречаться тайно. А вскоре после того бала в Петербурге узнали, что Аня беременна. Тогда уже отец объявил о моей помолвке с Викой Жаровой, без моего согласия, но мне было плевать. Я не хотел жениться на ней. Всё, чего я хотел — жениться на Ане. Поэтому мы решили сбежать.

— Мы всё приготовили. Купили билеты, собирались запутать следы и осесть где-нибудь в Южной Америке, — вдруг добавляет мама и качает головой. — Я помню тот вечер. Я сидела в съёмной квартире с чемоданом и ждала. Но Серёжа так и не появился. А утром я прочитала в новостях, что он женился на Виктории, и решила, что он меня предал.

— Только это было не так! — заявляет Сергей. — Меня заставили. Вика узнала, что я готовлюсь сбежать, а я сделал самую большую глупость в своей жизни. Признался её, что я люблю Аню. Решил поступить честно и не оставлять Вику в неведении. Каким же идиотом я был!

Они с мамой смотрят друг на друга. Я молчу. Такое чувство, что родители просто заново рассказывают друг другу свои переживания о том дне, а я здесь вообще ни при чём.

Черепов продолжает:

— Вика побежала к моему отцу и обвинила меня в изнасиловании. Она угрожала, что расскажет своему брату. Сказала, что Жаровы объявят нам войну, к которой подключатся и Грозины, ведь Жаров тогда уже был акционером Династии. Мой отец поверил ей или просто решил не поднимать шумиху. Его гвардейцы задержали меня, и в тот же вечер заставили заключить брак. А затем посадили под домашний арест. Сбежать у меня не вышло, сколько я ни старался.