Книга Мастер драгоценных артефактов 4, страница 118 – Александр Майерс, Олег Сапфир

— Смотрите, я вот что-то не могу понять. Откуда там деревня взялась, если у меня на карте её нет? А там, оказывается, есть какая-то деревня. Девять часов ходу, шестьдесят домов. Кто-нибудь знает?

Люди переглянулись.

Леший почесал гладко выбритый подбородок и ответил первым:

— Деревни нередко новые возникают, господин, а старые пропадают. Я вот слышал об одной — богатая была, человек двести жило. Её разбойники полностью разграбили. Через год на карте деревня есть, а на месте только руины да кости.

— Весело, — хмыкнул я.

— Как уж есть, — пожал плечами он. — Новые селения тоже постоянно появляются. Люди бегут от чего-то, селятся в новых местах. Из городов иногда целыми семьями выгоняют, если перенаселение. Ну, или за проступки какие-то. Могут три семьи уйти, могут пять, десять. Обоснуются, поставят дома. А где деревня, там нужна защита. Значит, идут кому-то под крыло.

— Или кто-то сам крыло приносит, — хмуро добавил Прохор. — Бывает, какой-нибудь влиятельный сынок в городе накосячит, его вежливо просят побыть за стенами какое-то время. Берёт такой охламон отцовские деньги, покупает рабов, подбивает таких же дурней и селится в лесу. Начинает играть в войнушку, типа он крутой лесной аристократ.

— Вот-вот, — кивнул Леший. — На востоке, говорят, много деревень под властью Мирнограда. Люди пищу для города добывают, ремеслом занимаются. Из города туда часто ссылают. Но обычно оставляют людей типа свободными. Свободный человек больше работает.

— Всё верно говорят, господин, — добавил Макар. — Новые деревни появляются, старые исчезают. Никаких карт не напасёшься.

— Отлично, — сказал я. — Просто замечательно. Значит, у меня карта не карта, а художественное произведение на тему «примерно где-то что-то есть». Ладно. Давайте вспоминайте, какие деревни знаете, где они находятся, кто кому подчиняется, где дорога, где болото, где лучше не ходить. Хочу иметь более-менее актуальную картину.

Люди зашевелились. Кто-то подошёл ближе, кто-то начал спорить, где именно находится старый мост, которого, возможно, уже двадцать лет как нет.

Я дал им немного времени, потом сказал:

— И ещё. С этого момента в моём графстве действует новая политика. Если люди хотят у нас жить — они могут жить. Поэтому аккуратно намекните где можете, что мы принимаем людей.

Степан нахмурился.

— Господин, мы ещё с этими разбойниками толком не разобрались.

— Насчёт этого не переживай. С ними Леший справится.

Леший замер.

— Я?

— Ты.

— Ну да, конечно, справлюсь! — тут же взял себя в руки он.

Выглядел он при этом так, будто ему одновременно дали мешок золота и поставили нож к горлу.

Леший прекрасно понимал: чем полезнее будет, тем крепче его положение в моём маленьком, активно растущем безумии под названием «графство». И косячить ему теперь нельзя.

* * *

На следующее утро меня разбудили слишком рано.

Опять…

После моего разрешения в комнату влетел гвардеец, бледный и взъерошенный.

— Господин!

— Если это не пожар, нападение или жуки, то я кого-нибудь убью, — пробормотал я, садясь.

— На окраине владений… Там произошла какая-то полнейшая… я даже не знаю…

— Что?

— Полная хрень, господин. Лучше вам самому посмотреть!

— А конкретнее?

Гвардеец ответил. Я подумал что мне послышалось и переспросил:

— Жуки что сделали?