Онлайн книга «Беседы палача и сильги»
|
— Дымный хрусталь. Очень редко встречается в гнездах обычного горного хрусталя — шагающая передо мной сильга пошатывалась, все время прижимая ладонь к щеке. — Я пока оставлю у себя? — Пригляди за ним. И за моим мечом… Какой же он сильный… какой злой… — Погоди… а ты… — шагнув вперед, я успех подхватить упавшую сильгу на руку, чуть не проткнув ей бок ее же ножом. — Проклятье! — рявкнул я, вскидывая обмякшую девушку на руки и устремляясь вперед по поднимающейся тропе… — К лошадям… — ее голос показался мне не слабым, а скорее… пьяным… да и бессильно мотающаяся голова, глухое утробное икание… мне на миг почудилось, что нам все это пригрезилось и на самом-то деле мы только недавно покинули деревенский трактир, где вусмерть упились дешевым молодым вином. Отогнав от себя безумную мысль, я необдуманно ускорил шаг и… опять упал, тяжело придавив собой девушку. Локти я подставить успел, но удар это смягчило мало. Поднявшись — даже не чувствуя веса ноши — я продолжил подниматься, стараясь поднимать ноги выше. «Но где-то в этой больной чаще найдутся его темные дымные тропинки…»… Так ведь она сказала? Оглядевшись, я не увидел ровным счетом ничего кроме замерших в темноте кривых и мокрых деревьев с отслаивающейся корой. Где могут висеть эти страшные дымные веревки, что быстро превращаются в когтистые лапы? Погоди, Рург… а где бы проложил свои тропы ты, будь ты кхтуном обитающим в сыром пещерном могильнике посреди умирающего леса? Светлая Лосса… да мне-то откуда знать? Я ведь не по чащам темным брожу. Я хожу по дорогам и тропам… Дорогам и тропам… Подкинув обмякшее тело что-то невнятно бормочущей сильги, я, не сбавляя шага, взмахнув пылающим факелом, обрушил его удар на покрытую темной слизью удивительно большую паутину, обрывая ее и тут же устремляясь в открывшееся пространство. Под сапогами заскрежетали камни, зачавкала грязь, но я удержался и продолжил уходить от каменистой старой тропы, одновременно поднимаясь по склону. По тропам и дорогам ходят люди — а ведь на них и охотится кхтун. Как андорманская рысь держится звериных троп, устраивая засады на нависающих над ними ветвях, чтобы обрушиться на ни о чем не подозревающего оленя, пришедшего на водопой, так и кхтун должен держаться поблизости от дорог… И раз так — то и свои невидимые нити-тропки он должен был проложить не посреди нехоженых дебрей, а рядом с единственной обихоженной тропой! Хищник крадется там, где бродит его добыча… Протискиваясь между тонких мертвых стволов, ломая их, выворачивая и опрокидывая вместе с корнями, оскальзываясь на их отлетающей лохмами тонкой коре, роняя искры с факела, неся на плече продолжающую бормотать что-то сильгу, я с влажным треском прокладывал себе путь двигаясь вдоль покинутой тропы. Шипящий от влаги факел тусклым желтым дымным шаром висел у меня перед глазами, толком уже не разгоняя тьму. Правильно ли я иду? — ХЭЙ! — мой крик взлетел… и затих среди сплотившихся деревьев — ХЭЙ! Неожиданно близкое лошадиное ржание заставило меня вздрогнуть, чуть сменить направление и, что казалось невозможным, начать ступать быстрее. Я торопился изо всех сил, всей мокрой заледенелой спиной ощущая приближающуюся угрозу. Что-то страшное преследовало нас. Что-то безмолвное и чудовищное таилось в этом больном лесу, поджидая шанса ударить дымными когтями… |