Книга Абсолютная власть 5, страница 29 – Александр Майерс

Эристова сухо усмехнулась.

— Вы просите нас объявить военное положение? Совет никогда на это не пойдёт.

— Мы должны их убедить. Иначе будет поздно. Мортакс, обретя достаточную силу, сможет открыть порталы где угодно. В том числе здесь, в Петербурге.

Ледяные глаза княгини сузились на миллиметр.

— Не пытайтесь напугать меня, барон.

— Я говорю, как есть. Можете спросить любого мага из тех, кто в этом разбирается.

В комнате повисло молчание. Княгиня медленно провела пальцами по подлокотнику кресла и, вздохнув, сказала:

— Допустим, я вам верю. Что дальше? Вы хотите выступить перед Советом?

— Это единственный способ. Но у меня есть противник, который сделает всё, чтобы этого не произошло, или чтобы моё выступление было высмеяно. Князь Островский.

— Островский, — повторила она, растягивая слово. — И какое он имеет отношение к монстрам на краю света?

— Прямое. Он поставил своего человека, Альберта Игнатьева, директором Дворянского ведомства в Приамурье. Тот саботирует выделение средств на укрепление обороны, блокирует решения генерал-губернатора Базилевского. Он душит регион, пока тот готовится к войне. И делает это с благословения и по указке Островского.

— Доказательства? — коротко бросила Эристова.

— Пока что — логическая цепочка и характер действий Игнатьева, который мстит всем, кто был против него на выборах генерал-губернатора. Но результат налицо: оборона Приамурья ослаблена ровно в тот момент, когда её нужно усилить в десятки раз.

Княгиня задумчиво нахмурилась.

— Ваша гипотеза имеет право на жизнь. Островский мог бы использовать кризис для усиления своей позиции. И что вы хотите от меня, барон?

— Я прошу вас о двух вещах. Первое — помочь мне получить официальную аудиенцию перед Советом Высших. Второе — поддержать мои слова, когда я буду говорить. Ваш авторитет заставит других если не поверить, то хотя бы задуматься.

Княгиня Эристова долго молчала. Прошла минута. Две. Анастасия, сидевшая в стороне, замерла, не дыша.

Наконец, княгиня подняла на меня свой пронизывающий взгляд.

— Вы просите меня, барон, ввязаться в опасную борьбу против других членов Совета Высших. На основании ваших, пусть и убедительных, но всё же предположений. Вы предлагаете мне рисковать всем, что у меня есть, ради гипотетической угрозы где-то на краю света.

Она сделала паузу. В комнате было так тихо, что я слышал биение собственного сердца.

— Это очень серьёзная просьба. Очень. И вы даёте мне ничтожно мало времени на раздумье.

Княгиня поднялась со своего кресла.

— На сегодня разговор окончен. Я должна подумать. Анастасия Петровна, — кивнула она девушке. — Было приятно встретиться. Управляющий проводит вас.

Елизавета Карловна развернулась и вышла из комнаты, скрывшись в глубине особняка.

Анастасия осторожно подошла ко мне, её лицо было бледным.

— Всё кончено? — прошептала она.

— Ни в коем случае, — ответил я. — Она не сказала «нет». Она сказала «я подумаю». Это уже много.

Поместье графини Карцевой

Поместье Карцевых сильно отличалось от родового гнезда Градовых. Это была не крепость, а дворец: изящная лепнина, огромные венецианские окна, паркет из ценных пород дерева.

Всё не так. Всё чужое. Дом врага, в котором Михаил Градов внезапно стал своим. И находиться в котором ему было приятнее, чем в родном доме.