Книга Абсолютная власть 5, страница 112 – Александр Майерс

Сердце бешено колотилось, каждый силуэт в темноте казался засадой. Но выезд был свободен. Часовые, увидев номерные знаки Дворянского ведомства, молча пропустили машину.

Когда за спиной остались последние догорающие дома пригорода и машина вырвалась на пыльное шоссе, Игнатьев позволил себе выдохнуть. Казалось, самый страшный участок пути пройден. Ещё несколько часов, и он будет вне зоны быстрой досягаемости.

Он уже представлял себе, как сменит машину на лошадей в какой-нибудь глухой деревне, как начнёт свой долгий путь к забвению.

Именно в этот момент, когда первые лучи солнца начали золотить верхушки сосен, он увидел в маленькое зеркальце заднего вида движение.

Сначала это были просто точки в облаке пыли за ним. Но они быстро приближались, росли. Не автомобили. Всадники в доспехах, которые отливали в первых лучах солнца холодным стальным блеском. Их кони неслись с неестественной, пугающей скоростью, явно усиленные магией.

Кирасиры Соболева!

Ледяной ужас сдавил горло Игнатьева. Как они узнали? Как нашли его след так быстро?

Он вдавил педаль газа в пол. Двигатель автомобиля взревел, машина рванула вперёд, подскакивая на кочках. Но дорога была слишком ухабиста, а всадники, казалось, не знали усталости и преград. Они сокращали дистанцию с неумолимой быстротой.

И тогда, на повороте дороги, перед ним возникли другие фигуры. Солдаты имперской армии с карабинами на изготовку. Они стояли, перегородив дорогу срубленным деревом.

Альберт отчаянно рванул руль, пытаясь свернуть в лес, но машину с визгом занесло на рыхлом грунте, и встала почти поперёк дороги.

Игнатьев сидел, стиснув зубы, его руки в перчатках стискивали руль. Сзади уже слышался топот копыт и тяжёлое дыхание лошадей. Вокруг него смыкалось кольцо. Кирасиры спешились. Солдаты впереди подходили ближе, стволы карабинов смотрели прямо на Альберта.

Двери автомобиля распахнулись с двух сторон. Перед ним предстал широкоплечий кирасир с лицом, скрытым под забралом шлема. Его голос прозвучал глухо, без эмоций:

— Альберт Андреевич, именем императора вы арестованы. Выходите.

— На каком основании? — попытался блеснуть Игнатьев остатками былого высокомерия, но голос его дрожал и срывался. — Я директор Дворянского ведомства! У меня иммунитет! Вы не смеете…

— Государственная измена и диверсия, приведшая к гибели военнослужащих, — перечислил кирасир тем же ровным тоном. — Приказ исходит лично от императора и подтверждён генералом Добрыниным. Выходите. Не заставляйте применять силу.

Игнатьев медленно, как в кошмаре, выбрался из машины. Его ноги подкашивались. Он огляделся. Лица вокруг были чужими и безжалостными. Это были не интриганы, с которыми он умел играть. Это были солдаты, видевшие ад и знавшие цену его «диверсии».

— Вас ждёт суд, — сказал один из пехотинцев. — Военно-полевой. После того, что вы устроили со складом… — он помотал головой. — Виселица, скорее всего.

«Виселица. Публичный позор. Последние секунды жизни под свист и улюлюканье черни», — эта картина живо пронеслась перед глазами Альберта.

Нет. Этого он не вынесет. Не может вынести.

«Мне конец… но пусть это будет конец на моих условиях».

Его рука, дрожа, потянулась к внутреннему карману сюртука. Там лежал его небольшой, но надёжный револьвер. Изящная вещица, подарок от одного промышленника.