Книга Я вернулась, чтобы сжечь его дом. Том 2, страница 112 – Наталья Бутырская

Красные деревянные створки распахнулись, и люди один за другим потянулись внутрь, прижимая к груди пустые миски. Работницы щедро накладывали каждому густую просяную кашу с кусочками мяса, а сверху добавляли горсть маринованных овощей. Они сами жили в Крысином углу и знали всех наперечет, поэтому я не боялась, что кто-то получит добавку обманом, а кому-то не хватит еды. Получив заветную кашу, одни садились есть тут же, другие сразу уходили домой.

Ши Лим предложила и нам попробовать здешнюю еду. Я отказалась, меня всё еще мутило от одного лишь запаха, а вот Ли Жуй согласился, съел немного и похвалил.

Я понимала, что за работниками и управляющими нужно будет приглядывать, что вскоре вместо густой мясной каши могут начать подавать жиденькую похлебку с тремя рисинками и кусочком репы, что появятся недовольные, но сейчас я была счастлива. Если бы только не болела так сильно голова!

Следующий день снова начался с головной боли. Я так и не поняла, было это последствием визита к наследному принцу или продолжением прежних приступов. К тому же всю ночь меня терзали спутанные сны: в них события обеих жизней перемешивались так, что я не понимала, где кончалась прежняя Ялань и начиналась нынешняя.

Впрочем, после легкого завтрака боль немного утихла. Я решила перечитать старые записи, как часто делала в последние дни, и обнаружила, что многое кажется мне незнакомым. Словно это было написано не мной, а кем-то другим. Имена, события, даты лежали на бумаге ровными столбцами и не отзывались во мне ничем. Уверенно я помнила лишь радужную лисицу Сяо Цай, брак с Сюэ Сюэ и смерть родителей. Прочее же, если вдруг и проступало через пелену, всё равно оставалось размытым.

Ши Хэ подала нижнюю рубаху и юбку-цюнь, а потом снова посетовала на мою худобу. В последние дни я почти ничего не ела, только пила целебные отвары, и теперь всю одежду приходилось затягивать, перешивать или подхватывать поясом. На кухне каждый день готовили мои любимые блюда, но есть совсем не хотелось. Мясо казалось тяжелым, птица — сухой, каши и рис застревали в горле, овощи были то слишком пресными, то чересчур горькими, а пирожные — липкими и приторными.

Я вышла во двор, села под белую сосну и посмотрела на низкое серое небо. Там парил журавль, изредка взмахивая огромными крыльями. Наверное, это был Мовей. Осенью он часто кружил над поместьем, но никогда не улетал дальше внешней стены.

— Юная госпожа Ли? — ко мне подошла Хао Ань, личная служанка мамы. — Госпожа Ли просит подойти в Бамбуковый двор, как только юной госпоже будет удобно.

Я вздохнула, поднялась и медленно пошла к внешней половине поместья. Ши Хэ и Хао Ань последовали за мной.

Бамбуковый двор уже привели в порядок к приёму гостя. Каменные дорожки вымели, у порога сменили циновки, в открытых окнах висели свежие занавеси. Высокие зелёные стебли бамбука покачивались на ветру и шуршали листьями, будто перешёптывались между собой. Хао Ань открыла передо мной калитку и отступила в сторону, пропуская к дому.

Внутри уже сидели мои родители. Рядом с ними так спокойно, будто приходил сюда каждое утро пить чай, находился девятый принц. Они обсуждали что-то вполголоса и даже смеялись, как старые знакомые. Я остановилась на пороге.

— Лань-Лань, проходи, садись с нами, — позвал отец.