Книга Я вернулась, чтобы сжечь его дом. Том 2, страница 110 – Наталья Бутырская

Ши Хэ взяла маленькую фарфоровую баночку и плоскую лопаточку, а затем начала осторожно покрывать моё лицо густой мазью. Та приятно холодила и успокаивала кожу.

Слишком дорого обошлась мне эта просьба!

Я пролежала в постели три дня. Меня то знобило, то бросало в жар. Постоянная тошнота, головокружения, боль во всем теле и особенно на лице. Я даже есть не могла, только пила бесконечные травяные отвары, которыми так щедро потчевал лекарь Е. Каждый день приходила мама, вздыхала из-за моего несчастного вида, пыталась накормить меня хотя бы лёгкой кашей и всякий раз бранила отца, наследного принца, слишком жаркую для осени погоду и неподходящую одежду.

Отец явился только на четвертый день. Увидев моё лицо под толстым слоем мази, он заметно помрачнел, но всё же сообщил приятную весть:

— Проверка подтвердила, что письмо было подложным. Господина Го взяли под стражу и сейчас выпытывают из него правду. Он уже признал, что письмо написано его рукой, но пока отказывается назвать того, по чьему приказу действовал.

— А девятый принц? — прошептала я, едва шевеля губами.

— Император снял с него запрет на выход и убрал охрану от ворот. Но ему пришлось выделить слуг и евнухов из собственного дворца: многие люди девятого принца сильно пострадали во время допросов и не могут вернуться к службе. Я предложил воинам, служащим в нашем поместье, перейти к девятому принцу, но они отказались.

Бедный Юн Хао! Сначала у него отняли наложницу, теперь лишили всех верных слуг. Он остался совсем один!

— Сюэ Сюэ? — снова пролепетала я.

— За ним следят люди императора. Если он попытается покинуть Линьцзин, его тотчас же схватят. Четвертый принц заперся в своем дворце. — Отец вздохнул. — Прости, Лань-Лань. Я не подумал, как столь долгое пребывание на солнце отразится на тебе. Не надо было нам так долго оставаться у ворот наследного принца. Мне следовало приехать одному.

— Нет. Он впустил нас только из-за обещания выполнить мою просьбу. Тебя одного он бы сразу прогнал.

Этого было мало. Слишком мало. Я не ожидала, что господин Го, этот нелепый книжный человек, так долго продержится под пытками. Неужели он настолько обязан Сюэ Сюэ? Го Вэньцзюнь ведь не Тан У с его собачьей преданностью, так зачем ему молчать? Неужели несколько тысяч лян могут купить верность даже столь умного и начитанного господина?

* * *

Вскоре пришло письмо от Кан Цзеси. Управляющий сообщал, что строительство благотворительной столовой завершено. Он просил разрешения открыть её и надеялся, что в этот день я тоже приеду. «Люди Крысиного угла ждут юную госпожу Ли, чтобы поблагодарить ее за милость», — писал он.

Я лишь покачала головой. С лица и шеи у меня слезло три слоя кожи. Под мазями лекаря Е цвет почти восстановился, самочувствие немного улучшилось, но я всё ещё не могла есть. Да и родители вряд ли выпустили бы меня из дома, тем более в запретный Крысиный угол.

Впрочем, я поделилась новостью с отцом, и тот, поразмыслив, предложил поехать на открытие столовой всей семьей. Это должно было поднять репутацию рода Ли, не навредив моей.

Мы выбрали день и сообщили Кан Цзеси, чтобы тот всё подготовил к нашему приезду. К счастью, Небеса вспомнили, что хризантемы знаменуют приход осени, и давящая жара наконец спала. Теперь из окон веяло прохладой, а небо всё чаще затягивали серые сухие тучи. Но даже при такой погоде мама велела Ши Хэ держать наготове зонтик от солнца, а мне — обязательно надевать вуаль, прикрывающую лицо и шею.