Книга Дом на краю земли, страница 90 – Кейт Андерсенн

Под хохот подчиненных и мистера Ривза на пару со священником. Элоди потерла костяшки. То-то же, компас тяжеленький. Правда, в пылу схватки она упустила черного Бесенка в ночь, но этот маленький дьявол о себе позаботится.

— И он вас в порошок сотрет, если с моей головы упадет хотя бы волос, — заявила она. — У него сам король лечился.

— Да ладно! — воскликнул второй солдат. — Уж не Эдмунд ли Хейл.

— А вы… его знаете? — против воли удивилась Элоди.

— Ну, а как же… Дурак, который смел грызться с самим Уайзменом… — потер мужчина грязную бороду с хохотом. — Этот Хейл мылся каждую неделю и твердил, что кровопускание вредит здоровью! И потому не смог победить чуму, и был с позором изгнан со двора.

— Ты и в чуму в Лондоне был⁈ — удивился кто-то из сослуживцев.

— Бог миловал. Но про дурака Хейла только глухой при дворе не слышал.

«Дурак»⁈ Так его называть чужим нельзя! Элоди решительно встала на сторону своего сасанаха:

— Конечно, кровопускание вредит здоровью. Это еще Паре доказал. Как и то, что нельзя прижигать раны кипящим маслом, а вы наверняка по старинке все делаете? И потому мрете, как мухи. И к чуме это все отношения не имеет.

Пф. Англичане. Как раз такими она их и запомнила. Ничего удивительного, что Эдмунд уехал в Ирландию.

— Паре? — сощурился священник.

Элоди осмелела и подобралась ближе к огню. Но подальше от буйного капитана, что мрачно сверлил ее глазами поверх пальцев, зажимающих кровь из носа грязным платком.

— Амбруаз Паре. Это который сделал механическую руку? Говорят, во Франции он вообще народный герой.

Мистер Ривз оказался довольно начитанным.

— Конечно, — горячо закивала Элоди. — Мой папа и вовсе боготворил его до определенного времени, всюду гравюры развеши…

И умолкла, поняв, что за глупость ляпнула. Потому что только треск огня да кряк капитана, у которого глаза опасно потемнели, отозвались на ее случайную исповедь.

— Мадам — француженка? — вкрадчиво, пусть и в нос, уточнил злобный капитан, отнимая платок от разбитого лица.

— Мяу, — неизвестно откуда взялся Бесенок и прыгнул ей на колени.

— Француженка, ведьма, напала на капитана королевской армии, — загибал капитан пальцы, пока остальные напряженно молчали. — Может, она еще и ренту не платила, а, мистер Ривз?

— Но я… Вы… что же — сборщик ренты, мистер Ривз?..

Капитан оказался рядом слишком быстро, подхватил ее под локоть, и компас, блеснув во тьме на своей длинной цепочке, случайно оказался у него в руке. И она — больно и неприлично крепко прижата к его жесткому мундиру.

— Ну, что и требовалось доказать… «Бордо, 1656 год», господа.

И хищно так ей улыбнулся из-под окровавленного носа. Медленно снял цепочку через голову, зажал компас в кулаке.

— Придется нам взять вас под стражу, мадам, до выяснения обстоятельств. Ваше преподобие, вы ведь не станете возражать? Французские католики вам вряд ли по душе больше ирландских? В Дулайне есть отличная башня, насколько я помню, мы как раз туда направляемся и пробудем пару дней. Заодно преподадим урок местным — они это заслужили сполна своим своенравием.

Весь этот его монолог Элоди тщетно пыталась ткнуть локтем обнаглевшего солдата в живот или выдернуть компас, качающийся перед компасом. Но живот у него был все равно что стена Ямы Печалей. А руки верткие, и выглядело, будто это это она — неразумный Бесенок.