Онлайн книга «Дом на краю земли»
|
— Да ладно! Так бывает? Падди даже присвистнул. А Мейзи пожала плечами: — Ага. Ну, у папы Роуэна ведь тоже деревянная нога — чего удивительного?.. — Сравнила! Нога и кресло с колесами! Это ж твой папка привез ту ногу? Маргарет мотнула головой угрюмо. — Папа не любит эту историю. И того дедушку — тоже! Он ведь даже ездить на своем кресле может сам. Крутит руками колеса, и те катятся… И леденцы раздает, и добрый такой… А увидел нас, и на маму смотрит, а она испугалась. И дедушка такой: «Ведьма⁈.». И прям побледнел, с лица спал, покатился подальше, это так странно было… — Да ты что! А папка твой чего? — А папке так скулы свело просто в камень, и он дернулся следом, будто ударить хотел или вовсе задушить — а он же добрый у меня такой, сам знаешь! И мама его за руку поймала: «Эдмон, только не при ребенке!». А что «не при ребенке»?.. Так и не рассказали, а я просила! Почему они из него страшилку сделали?.. Папа ж сам называет маму ведьмой. И ничего. И ему можно. А дедушка — «Идем, Маргарет, мы его не знаем». И все! Ну вруны же!.. И леденцов не досталось… Рыжий веснушчатый мальчишка болтнул свешенной ногой. — Не дрейфь, Мейзи, тебе леденцы присылает твой дед-парфюмер из дворца, и дядька Ривз тоже балует, да и папка твой в тебе души не чает. Ты вообще бываешь в таких местах, как Лимерик и даже ешь сладости на праздники. Никому в Дулайне больше так не везет, как тебе. — Не прибедняйся! — возмутилась Маргарет. — Тебя вот дядька Оуэн брал на охоту в Коннемаре! — И на осенний перегон я в этом году с ними пойду, — приосанился Падди. Крыть оказалось нечем. Мейзи Хейл обиженно поджала губы. Потому что любить-то ее папка с мамой любили, но даже пасти овечек пускали не дальше родовой стены. А Падди аж на перегон и охоту можно! Не одному, конечно, но это же взрослые дела, настоящие! Если б не ведьмин клиф, где ее пока ни разу не нашли, то и вовсе грустно бы было. Но Мейзи упрямо замотала ногами, набрала полную грудь воздуха и спела небу: Он на ладони ей строил мечту: Причал, имя и дом. А фейри, будто назло моряку, Мечтала о чем-то другом. Проснулся однажды в постели пустой, Соль на губах, тоска душу дерет: Лежит венок увядших цветов На месте дикого сердца ее. — Почему ты постоянно поешь грустные песни? — полюбопытствовал Веснушка, снова оттягивая ее от края. На сей раз — края крыши. — Потому что такова жизнь! И грустное всегда звучит красивее. — Ну зачем душа из тьмы⁈ — возмутился друг. — Надо добрую душу. И не бросать, а рядом быть. Веснушка ничего не понимает. И тут Мейзи нащупала в кармане то, что собиралась ему показать, и совсем забыла, потому что рассердилась за задранную юбку. То, что куда шикарнее перегона. И тот секрет, что только Падди узнать можно, даже папе и маме — не скажет. Потому что это она в сердце буррене нашла, в трещинке под большим черным камнем, в свете лисьего огня. Да ее на год запрут, если узнают! — Смотри! — девочка гордо разжала потную ладошку. — Что это?.. — Не знаю. Стрелка все время крутится, знаешь. Похоже на компас, только он греется так забавно и светится в темноте… А еще тут надпись есть. Мейзи перевернула чудной металлический кругляшок, и Падди по слогам прочел: — Бор-де-укс, 1656. Это что за ересь? — Бордо, балбес. Это французский город недалеко от дедушкиной Тулузы. Вот вырастем, построим лодку и поплывем туда — что скажешь? Даже дыхание затаила. Если он согласится, она ему наденет цепочку на шею и подарит. Потому что Веснушка ей все ж друг. Когда они разрезали мертвую лягушку папиным скальпелем, Падди спросил, есть ли у нее душа. И Мейзи заявила, что конечно, и что она в животе. А Веснушка твердил, что в голове. Душу они не нашли, к сожалению. Но и Роуэн, и Мейлин сказали бы, что это язычество — такое творить! И что все потому, что у нее папа протестант, а мама католичка. Но вот Падди поддержал без лишних слов. Поэтому ему можно подарить самое ценное, что у Мейзи есть. Но гадкий Веснушка расхохотался прямо в лицо. — Я уже вырос и иду гнать коров в Коннемару. Это ты — малявка. — Му, — поддакнула Ромашка. Ну до чего обидно! Мейзи снова свела брови и поджала губы: правда, устрашить друга не удалось. — Сам малявка. Даже не знаешь, как читать Бордо, вот. И тогда пещеру с лисьим огнем тоже тебе не покажу! — С лисьим огнем⁈. Это что такое?.. — Не скажу, неуч дремучая! Мейзи задрала нос и в качестве подтверждения, что так и сделает, исполнила поучительно: И каждый год, когда сельди косяк Проходит мимо наших краев, Он, будто кнехт, врастает в причал, И в брызгах моря ищет ее. Девчонка босоногая, Споем мы, гаркнув: «Налей!», О том, что ветер поймать в горсть нельзя, И о фейри у наших дверей. Но это будет уже совсем иная история. * * * КОНЕЦ |