Книга Дом на краю земли, страница 31 – Кейт Андерсенн

Попробовать в целом можно.

— Доктор сасанах! — это Роб Дерри с разгону влетел в озадаченного ее словами Хейла, и тот едва не упал на землю. — Спасибо, что пришли!

— Госпожа ведьма, папа заклинает вас, — подошла следом старшая Ифа, — спасите дядю Оуэна. Мы заплатим, сколько нужно.

Элоди поднялась, вытирая руки о подол.

— Не нужно, дорогая. Скажи папе, что дядя Оуэн не умрет. Я обещаю. Доктор сможет его спасти. Он навестит вас в «Старом Гусе» уже через пару недель.

Роб и Ифа весело ускакали к родителям. Эшлин и Мойра уже погрузили раненых на носилки, а Падди и вовсе хромал по полю прочь. Дермот поднимал голову со своих носилок, словно чтобы проследить, что Оуэном и правда занимаются. Элоди кивнула ему — да. И трактирщик закрыл глаза.

Эдмунд хмуро смотрел на нее снизу вверх из лужи, в которую его свалил Роб:

— «Обещаете»? А вы, что же — Господь Бог?

— Нет, но я ведьма, Эдмунд, — нежно улыбнулась Элоди.

Она не любила говорить об этом, прибегать к странным, но целительным силам буррена, но не помочь Эдмунду Хейлу — как она могла?.. Отказать этим детям, отказать этим раненым? Отказала бы, будь сама. Она не чудотворец, даже с бурреном. Но с доктором… С доктором может получиться. А у него — с ведьмой.

Она за тем и здесь. А уж чего ей это будет стоить — дело третье. Люди — как цветы, их надо беречь. Это она теперь уже не совсем человек. Ее не нужно. Хотя он и пытался.

— Собирайте свои инструменты и поймайте коня Лиама — вон он пасется. И скачите с раненым ко мне через карстовый холм. В поездке он не умрет.

Элоди сняла с шеи теплый компас и надела на шею Оуэну. Никогда так не делала. В груди стало холодно и пусто, зато щеки больного слегка порозовели. На поездку хватит… Эдмунд сморгнул совершенно удивленно.

— А вы…

— А я буду ждать вас там. Во Франции говорят, что дома человека стены делают сильнее. Стены этого дома на краю земли именно такие. Вы забываете, что меня тоже выбросил на скалы океан, и я выжила. Оуэн поправится — вы не потеряете пациента, они не потеряют того, ради кого рискнули жизнями.

Потрепала доктора по голове с нежностью. Главное, чтобы Оуэн остался тем, кем был. Но пока у него есть те, кто ждет, кто за него молится и ждет… должно получиться. Она возьмет все на себя… Договорится как-нибудь с дольменом.

— Элоди, кто вы… такая?

Она не ответила и направилась к той самой тайной карстовой пещере, что когда-то привела ее в подвал дома, увитого плющом. Буррен лечит там, где не справляются люди. Потому и примулы у его окраин зацветают первыми.

* * *

Я так хочу быть живой, что бы это ни значило.

Я так хочу быть собой. И жду, и помню, и плачу я.

Вельвет. Нанолюбовь.

Честно говоря, Эдмунд не знал, что и думать. Мелочи с конем и коровой, даже свечение компаса — еще как-то можно было объяснить, но то, что он явно вдохнул жизнь в грудь умирающего Оуэна…

Черт побери — как⁈.

И оставила ведь ему эту склянку со своими снами. Ушла… почти что в седые пенные волны с дом высотой, скрылась за валунами. Может… правда селки?.. А как же ее «я умру, если снова упаду в океан»?..

Ведьма? Богиня? Женщина?..

Видит Бог, он не хотел бы благоговеть перед ней. Лекарь вовсе не благоговеет — он человек опыта и науки. Разве богиня или ведьма уплетала бы бекон утром на его кухне и плакала об узах неслучившейся любви в коровнике?..