Книга Измена. Сын от любовницы, страница 25 – Яра Славцева

ГЛАВА 9

ГЛАВА 9

Максим

К девяти утра у меня на столе уже лежала вся возможная информация. Где остановился «Мерседес» Власова. В какой отель он отвёз Настю. Когда покинул здание. Кто заезжал утром. Кто забирал её позже. Я просмотрел фото с камеры: Лена. Её сестра. Значит, сейчас Настя не одна. Хорошо. И плохо. Хорошо — потому что в безопасности. Плохо — потому что рядом есть тот, кто будет подогревать в ней правильную злость. Я приехал в офис раньше всех и закрыл дверь кабинета. Телефон не замолкал: юристы, пиарщики, партнёры, мать, два журналиста, которых каким-то чудом пустили слишком близко к кругу информации. Я сбрасывал почти всех. Мне нужна была тишина. И план.

На экране ноутбука висели новостные заголовки. Осторожные пока, но уже опасные. «Максим Громов представил новорождённого сына на юбилее матери». «Жена бизнесмена покинула вечер сразу после сенсационного признания». «Кто такая Яна Морозова?». Вот этого я и ждал. Нет, не ждал — допускал. Любая частная катастрофа, случившаяся в моём кругу, мгновенно перестаёт быть частной. И теперь у меня было несколько фронтов сразу: сдержать прессу, не дать Яне ляпнуть лишнего, закрыть рот матери, удержать Настю от публичного шага, и при этом самому не сорваться ещё раз. Последнее, как ни странно, оказалось самым сложным. Я думал не о новостях. Не о заголовках. Не о долях компании и не о возможных потерях репутации. Я думал о том, как она стояла на трассе, когда я уезжал. Эта картинка не отпускала.

Чем сильнее я пытался загнать её в дальний ящик мозга, тем навязчивее она возвращалась. Мокрая обочина. Сливовое платье. Её лицо в холодном свете фар. И то, как она назвала меня по фамилии. Громов. Не Максим. Не ты. Не муж. Громов. Словно в одно слово сложила всё презрение, до которого я сам её довёл.

В кабинет без стука вошёл Игорь Руднев, мой давний юрист. Я не любил людей, которые заходят без разрешения. Игорю было можно. Он положил папку на стол и сел напротив.

— Если она подаст, мы успеем отработать заранее.

Я поднял глаза.

— Никто ничего не будет отрабатывать заранее.

Он нахмурился.

— Максим…

— Она не подаст.

— Ты уверен?

Нет. Совсем нет. Но я не собирался произносить это вслух.

— Уверен.

Игорь открыл папку.

— Тогда слушай. Уже звонили из двух редакций. Яна Морозова пока молчит, но долго это не продлится. Твоя мать… — он поморщился, — слишком счастлива и, если честно, сейчас опаснее всех. Её нужно изолировать от любых интервью.

— Я решу.

— Анастасия?

Я посмотрел в окно. Серое утро. Стекло. Город.

— Её я беру на себя.

Игорь кивнул.

— Только без силовых решений.

Я перевёл на него взгляд.

— Ты серьёзно считаешь, что я не понимаю элементарных вещей?

Он выдержал паузу.

— После того, как ты оставил жену ночью на трассе? Да, я считаю нужным проговаривать очевидное.

Я замолчал. Потому что ответить было нечего. И потому что от того, что он сказал это вслух, внутри снова поднялась та же тяжёлая волна раздражения вперемешку со стыдом.

— Где она? — спросил Игорь мягче.

— У сестры.

— Хорошо. Значит, сегодня туда не едешь.

— Я не спрашивал совета.

— А я всё равно дам. Если поедешь сейчас, только ухудшишь. Она в остром шоке. Дай ей полдня. Потом отправь человека с документами, вещами, её телефоном и запиской. Без давления. Без требований. С предложением встретиться в присутствии юристов, если она хочет.