Онлайн книга «Искатель, 2011 № 04»
|
...Директор школы-интерната Малашенко Игорь Сергеевич встретил меня приветливо, как старого знакомого. Таковыми мы были на самом деле, так как раньше часто встречались по работе и в неофициальной обстановке. Уяснив, кто меня интересует на этот раз, Малашенко на минуту задумался, а потом пояснил: — Колю Камака помню хорошо. Обычный мальчик из корякской семьи. Прилежанием особым не отличался. Учился на тройки, двоек тоже хватало. По характеру замкнут, бирючок такой, знаешь ли. Хорошо рисовал, как и многие коряки. По рисованию всегда получал только пятерки. Водился за Колей грешок... — Какой грешок, Игорь Сергеевич?! — Вороват он был. Где что плохо лежит — не упустит. Воровал деньги у своих товарищей. В связи с этой страстью в шестом классе был поставлен на учет в милицию к инспектору по делам несовершеннолетних Шеринговскому. А так парень как парень, не хулиган и не дебошир, а воровал не он один. Многие подростки были заражены этой болезнью. Как там у вас называется — клептомания, что ли? — Клептомания у психов, Игорь Сергеевич, а у обычных людей обычное воровство, — уточнил я обладателей болезненной тяги к кражам. От директора я пришел в сельсовет и связался по телефону с Шеринговским: — Здорово, Юра! Камака Колю помнишь? Он в интернате учился, на учете у тебя состоял. — Василич, конечно помню, а что он что-то стащил? — Пока не знаю, но находится под подозрением в краже из магазина. — К этому все и шло. Я знал, что этим дело кончится. Коля при случае мог стащить все, что плохо лежит. Сколько я с ним ни бился, ничего не помогало. В одно ухо мои слова влетали, из другого вылетали. Потом уехал в тундру. А там что своруешь? Елку у медведя или орехи у белки? Года два назад я узнал, что Коля из стойбища сбежал в Слаутное и устроился кочегаром в магазине. Не откладывая дела в долгий ящик, вызываю на допрос продавца Никитину. На этот раз она пришла непричесанная, растрепанная и чем-то расстроенная. Под левым глазом красовался лиловый синяк. — Что случилось, Люба? Кто это тебя?.. Что не так? — Да все не так, Владимир Васильевич! Чую, что на меня недостачу повесите. А тут еще Зинке кто-то проболтался о наших с Сажиным отношениях. Прибежала она ко мне домой, стала скандалить. Мы и сцепились. Она мне в глаз засветила, а я ей клок волос с головы выдрала. Не знаю, чем бы все это закончилось, если бы не пришел Слава и не растащил нас. — Раньше надо было своей головой думать, Любаша! Зачем с женатым мужиком связалась? Что, мало холостых? Да ты со своей внешностью только свистни, десяток прибегут! Эх, женщины, женщины. Ну ладно, я сам поговорю с Зиной. Может, уладим ссору? — Вряд ли... Только вы меня, похоже, не за этим вызвали. Что еще хотели спросить? — Что можешь о кочегаре сообщить, Люба? Поподробнее только. — А что я могу сказать? Работал нормально, в магазине всегда тепло. Из кочегарки Коля почти не вылезал. Он сделал в ней стол и топчан. Дневал и ночевал там у себя. В магазин приходил только за продуктами. Иногда покупал спиртное, но не очень часто. Почти не разговаривал: «Здравствуйте и до свидания», — вот и все разговоры. Какой-то нелюдимый он. Другие к людям ближе жмутся, а он все от людей бежал. Продавец ушла на работу, а я размышлял, что же делать дальше: «Чем дальше в лес, тем больше дров! И все больше сырые — дыму много». |