Онлайн книга «Песнь безродного»
|
«А я пью кофе», – сообщает вдруг Нила. И присылает следующую фотографию: селфи с огромным картонным стаканчиком. Однако. Я даже не знал, что здесь есть кофейни. «Хорошо получилась. Выложу в сториз», – решает Нила. «Сториз? Ты есть в соцсетях?» «Да. А что?» «Но это запрещено». «О-о-о-о-о-о-о-о-о-о АЛИН, – пишет она. – Да ладно. Ты думаешь, я сижу в там под своим именем? Кроме того, у меня закрытые аккаунты. Только не говори, что ты нигде не зарегистрирован». «Зарегистрирован, – неохотно признаю я. – Но я ничего не публикую. Потому что это запрещено. Для нашей же безопасности». «У меня ЗАКРЫТЫЕ АККАУНТЫ. Скидывай свой ник, я тебя добавлю». — Дебилка, – шипит Сильвана на всю аудиторию, раздражённо перещёлкивая видео. – Под чем они снимают эти ПОВы? — А?.. – Петер рассеянно отрывается от доски. Сильвана не удостаивает его ответом. «Алин, ну давай, – не сдаётся Нила. – Скидывай». Страничка Нилы оказывается на удивление простой и приятной. Я ожидал увидеть что-то провокационное вроде портупей с клинками на обнажённом теле, роковых фотографий в бархатных платьях на фоне готических руин, фам фаталь в мрачной румынской эстетике – но вижу лишь около десятка милых и самых обычных фотографий. Нила перед зеркалом в ванной с зубной щёткой во рту и банной шапочкой на голове. Нила смеётся, обнимая за плечи Ферку, играющего на нае. Нила уже в другом зеркале, в огромных, покрытых золотом покоях, восседает в повседневных джинсовых шортах и короткой чёрной майке на массивной кровати с балдахином – раритет, сто́ящий, должно быть, десятки тысяч долларов. Нила скептически вздёргивает бровь, пародируя недовольное лицо Листера, попавшего в кадр. Нила откусывает внушительный кусок от шницеля, нанизанного на выкидной клинок, – видимо, на кухне их с Листером квартиры. Нила щеголяет новым экзотическим макияжем в компании какой-то девушки, накрашенной точно так же; а это фото, похоже, сделано на школьном дворе. «Переходим сюда, – пишет Нила уже в приложении. – Кстати, ты думаешь, мне стоит выкладывать в сториз это?» Она скидывает видео. Мои глаза лезут на лоб. Это снова квартира Листера. Комната, с которой я уже знаком: захламлённая «гостиная». А в ней – мы с Листером, фехтующие выкидными клинками. Это точно было вчера – но я совершенно этого не помню. Видео начинается с того, что я взлетаю на освобождённое от вещей кресло, парируя удар Листера; Листер пытается подобраться ко мне, но чуть не наворачивается на разбросанной по полу одежде. Губы Листера весело шевелятся: он что-то мне кричит. Я кричу ему что-то в ответ. Кажется, нам очень весело. Я быстро убираю телефон под парту – на всякий случай, подальше от глаз Сильваны. Продолжаю просмотр. Моё путешествие по мебели не заканчивается: я одним гигантским прыжком перескакиваю на подлокотник дивана, отражая очередной выпад Листера, едва не лечу на пол, но в последний момент удерживаю равновесие. Камера мелко, но безудержно трясётся. Вероятно, от смеха Нилы, снимающей весь этот конфуз. Я снова что-то заявляю – крайне патетично, это видно по моему пышущему гордостью лицу. Листер начинает хохотать. Я отвешиваю ему поклон, чуть не отмахнув клинком половину спинки дивана. «Если смотришь без звука, ты сказал там какую-то чушь про свободу или смерть, – сообщает Нила. – Это всё, на что хватает моего румынского». |