Книга Песнь безродного, страница 184 – Карина Володина

Но на каменный пол рядом со мной падает длинный клинок.

И центр тяжести сидящего на моём животе вампира слегка смещается – я чувствую, как он делает замах.

Очевидно, кулаком.

Ну уж нет.

Я позволяю ему замахнуться. Позволяю ощутить этот сладкий миг триумфа, насладиться моей мнимой беззащитностью, вдохнуть в последний раз аромат победы – и, когда кулак почти подлетает к моему лицу, уклоняюсь.

Кулак врезается в пол.

В этот момент я знаю уже стопроцентно, что никакой это не Константин. Константин не допустил бы столько оплошностей, даже если бы в его желудке плескалась не безобидная бычья кровь из термоса, а экстракт запойного алкоголика. Но на дальнейшее изучение личности нападающего времени у меня нет.

Я вскидываю корпус, снова рискуя столкнуться с противником лбом, но мне уже всё равно. Похоже, удар в пол, предназначавшийся мне, был ощутимым: остановить мои дальнейшие действия не успевают.

Я хватаю этого недовампира за первое, что попадается под руку, – волосы, идеально, – и дёргаю к себе, резко и сильно. Так, чтобы он не успел осознать, что я собираюсь сделать – а собираюсь я провести удушающий приём.

Мы валимся на пол, его горло у меня под мышкой, я сцепляю руки в замок, обхватываю его торс ногами, не давая вырваться, а вырываться он начинает сразу же – конечно, не самая приятная позиция, ты как будто застрял в гильотине.

— Достаточно, – повторяю я, немного разжимая хватку: рывки становятся реже, не хватало только лишить кого-то сознания. – Я же сказал, что не хочу продолжать, просто успокойся и…

Кажется, никакой потери сознания не назревало – меня просто одурачили.

Как только захват становится слабее, рука противника тут же тянется к куртке.

За вторым коротким клинком.

«Что ж, это провал, –меланхолично подсказывает мне в эту долю секунды разум. – Сейчас тебе воткнут клинок в живот».

И вдруг чужое тело отлетает от меня, как пушинка.

— Вульпе, ты совсем сбрендил? – рявкает голос Листера. – Что это за приёмчики мародёров из тёмного переулка? Успокоился! Вульпе, я сказал тебе успокоиться! Ещё одно движение, и ты сам полетишь в нокаут, который так пытался организовать Фунару! Это что за ММА? Ты что тут устроил?

Я срываю повязку с глаз. Наконец-то. Наконец-то я могу это сделать.

И вдобавок к свету, бомбардирующему глаза, уши взрывает беспощадная какофония.

Кюль, оказывается продолжающий утренние распевки во дворе, – и почему я его не слышал?

Дверь, содрогающаяся от ударов. Яростный голос Томы: «Мастер Даскалу, откройте немедленно, какого чёрта там происходит?!» Как я мог пропустить мимо ушей это?

Я промаргиваюсь. Ферка. Моим противником был Ферка.

Ферку держит за шкирку Листер – раскрасневшегося, с окровавленными костяшками на одной руке и коротким тренировочным клинком в другой. Ферка дышит тяжело, нехорошо, такой же и его взгляд, устремлённый на меня, – тяжёлый и нехороший. Я не уверен, что Ферка сейчас полностью отвечает за свои действия. Наверное, поэтому Листер его и не отпускает.

— Мастер Даскалу! – разъярённо кричит Тома. – Откройте эту чёртову дверь! Вы сказали, что мы можем за всем наблюдать! «Один идёт веселиться с Фунаром, остальные смотрят» – это ваши слова! Вы выпустили эту… ошибку природы один на один с Алином, у которого завязаны глаза!