Книга Песнь безродного, страница 160 – Карина Володина

— Не можешь с настоящими клинками, – цокает языком Листер. – Ну приехали. «Нас учат наносить удары на поражение, бла-бла-бла…» Фунар, ну на кой чёрт тебе это «поражение»? Не убивай вампира – возьми его в плен. Плен, Фунар. Плен. Как ты будешь допрашивать полнокровника, если снесёшь ему голову? Или ты собираешься таскать с собой двенадцать клинков, шесть – «на поражение», шесть – так, отогнать палочкой приставучего мастера Даскалу и его друзей?

— Плен, – повторяю я. – Плен…

Два месяца тренировок с Листером привели к… интересным результатам. Тома открыто заявила, что он уничтожил всё, что взрастил во мне Кайян Ваман, – Листер фыркнул и сказал, что сыт по горло Кайяном Ваманом с его «Амазонкой», Европа – это не перуанские джунгли, кишащие готовыми выскочить на тебя из-за каждого куста полнокровниками, а фокус нужен не для того, чтобы расчленять вокруг всё вампироподобное, как грёбаный берсерк, но для того, чтобы, вот это да, фокусироваться на необходимом. И убийство вампира – далеко не всегда это единственное «необходимое».

Впрочем, мой натренированный с шести лет разум был скорее солидарен с Томой. Фокус начал выкидывать… фокусы. Сознание уже не просто дробилось на фрагменты – расщеплялось, словно у меня раздвоение личности. Одна часть меня по-прежнему одержимо хотела избавиться от всех вампиров в радиусе ста метров, а другая тщилась напомнить, что, вообще-то, не обязательно вонзать в Листера или Константина клинок, и руку можно придержать… Мимика, движения, траектория взглядов – мой мозг пытался уследить за всем сразу, мой мозг дурел от молниеносных перемещений противников, оскаленных клыков («Это вампир!») и знакомых лиц («Это инструктор!»), мой мозг разрывался между этими чёртовыми «Это вампир!» и «Это инструктор!» – и в итоге почти всегда никто, даже я, так и не понимал, кого я атаковал – вампира или инструктора. В большинстве случаев получалось что-то… среднее. И не особо продуктивное. Даже Дан, знать не знавший ни о каком фокусе, но отрабатывающий каждое движение с дьявольским упорством, зачастую оказывался куда успешнее меня.

— Плен, – повторяет Листер – почти сочувственно. – Ну да, какой нам плен – нам бы разрубить пополам спрыгнувшего с пальмы полнокровника. Открутил бы я голову твоему Кайяну Ваману… Ладно, чёрт с тобой, Фунар, бери из сумки свои драгоценные тренировочные клинки, развлекайся пока с ними – я придумал, что с тобой делать, уже невыносимо смотреть на эти злоключения Билли Миллигана. Да не сейчас, не сейчас, бери, бери свои клинки! И ты, Фунар-два, и все сочувствующие нашей с Константином жизни и здоровью – не стесняйтесь, берите, пока дают!

— Я не собираюсь тренироваться с вами, пока вы не объяс… – сквозь зубы начинает Тома.

— Да кто же тебя спрашивает? – хмыкает Листер. – Ну, хочешь, попробуй насадить меня на острую, а не затупленную зубочистку – я только за, Фунар, я только за…

— Алин, не смейничего брать, – шипит Тома. – Алин!..

— Тома, успокойся, – мягко отвечаю я, расстёгивая чёрную спортивную сумку Константина, доверху набитую тренировочными клинками.

К сумке тут же телепортируются все остальные, за исключением Ферки. Забавно, но никто, кроме Элизы и Томы, и не подумал сдвинуться с относительно безопасного места внутри галереи во время разминки с Листером и Константином.