Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 97 – Анна Солейн

— Мне показалось, или я видела на нем императорскую печать?

— Есть что-то странное в том, что мне пишет двоюродный брат? — наклонил голову Ашер. — Не лезь не в свое дело.

— Странно, что после этого письма вы бросились завязывать галстук. Так что варианта у меня два. Или вы решили на нем повесится…

Ашер, который как раз взял со стоящего рядом с ним столика стакан и сделал глоток, поперхнулся.

— Или?

— Или в этом замешана Кэтрин.

Имя, которое было запрещено произносить в этом доме, повисло в воздухе, как брошенный боевой заряд. Раньше чем я договорила, я поняла, что попала в яблочко — по тому, как быстро и неуловимо лицо Ашера закаменело еще сильнее.

— Это не твое дело, целительница. Иди займись ребенком.

— Значит, я права. И что же у нашей дорогой Кэтрин? Неужели собирается в гости?! Или, о боже, кто бы мог подумать, собирается выйти замуж? Правда? А за…

— Я СКАЗАЛ, ЭТО НЕ ТВОЕ ДЕЛО! — грянул Ашер.

Магия, вырвавшаяся из его тела, прокатилась по комнате, как ураган, светильник на потолке треснул. Мои волосы взметнулись вперед, упали на лицо, и я воскликнула:

— Вот! Вы даже не стараетесь! Сколько раз я вам говорила, что вы не должны использовать магию, ни капли! Вашей нервной системе и так тяжело! Но что я вижу?! Вы каждый день отправляете магические сигналы Мортимеру, бреетесь с помощью магии — думали, я не узнаю? — передвигаете кубики Джесси магией… — Я запнулась, но упрямо продолжила: — А сейчас вы не удосужились удержать себя в руках, как капризный ребенок! Если вы думаете, что это поможет вашему выздоровлению — то глубоко заблуждаетесь! Потому что…

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

— Я не имею понятия? Я из кожи вон лезу, чтобы вас вылечить, а вы…

— Ты понятия не имеешь, что значит оказаться на моем месте! — рявкнул Ашер. — Запертой в своем теле! Без дракона, без магии, без руки, даже без глаз, чтоб они провалились! — Он сдернул с лица повязку, повернулся ко мне и продолжил: — Я командовал армией, а сейчас для меня проблематично даже задницу собственную подтереть, не говоря уже о том, чтобы завязать гребаный галстук! Так что — я буду использовать то, что у меня осталось, пока это не сведет меня в могилу. И мне совершенно безразлично, что ты думаешь по этому поводу!

Он замолчал, а потом резко провел рукой по лицу и вернул повязку на место. Двигался он неловко: живая рука дрожала, механическая, как обычно, слушалась нехотя, как будто с опозданием.

— Вам не следует носить повязку, — автоматически, в миллионный уже раз, сказала я.

— Иногда мне нужен отдых от того, чтобы чувствовать себя уродом, — ответил Ашер и после долгой паузы фыркнул: — Это же надо было умудриться.

— Что именно?

— Распороть лицо о камни. В тот день… — Ашер запнулся. — Я не помню, что произошло. Я смог добраться до матки ифритов, когтями оторвал ее брюхо…

— Когтями?

Брюхо? У матки ифритов есть брюхо? Ну да, логично, что есть, раз Ашер его распорол.

— Я был драконом. Когда-то. А потом… Огонь ифритов вредит драконам меньше, чем людям, я как-то выжил. Целители сказали, что перекинулся в воздухе в человеческую форму и упал с огромной высоты. Это, должно быть, спасло меня, потому что наверху все горело. Все… все остальные сгорели.

Ашер замолчал. Должно быть, именно в тот момент, или даже раньше, у Ашера случился инсульт. Он-то и стал причиной того, что Ашер превратился в человека.