Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 66 – Анна Солейн

— Они знали, куда идут. Пошли только те, кто готов был погибнуть. И я с удовольствием бы поменялся местами с любым из них. Но никто из них не выжил. А я почему-то сижу здесь, с тобой.

Он наконец разжал хватку, я попятилась. Сердце тяжело бухало в груди.

— Ты, кажется, собиралась уходить, — сказал Ашер.

Стоило бы уйти молча, и я почти смогла, но уже у двери обернулась и не удержалась:

— Раз уж мы заговорили о “пораскинуть мозгами”, генерал Ашер, вы не пробовали задуматься, почему ифриты напали именно тогда? Что их спровоцировало? Что нужно, чтобы не допустить этого в следующий раз? Или в следующий раз, когда эти твари нападут, вы еще какой-то полк отправите геройски умирать вместо того, чтобы предотвратить бойню? — переведя дух, я кивнула, как будто он мог меня видеть. — Мое почтение. Увидимся завтра.

Я побежала прочь, чувствуя, как бухает в груди сердце. Кожа руки от прикосновения Ашера горела, на губах я все еще чувствовала его дыхание.

— Опять ерундой своей пришла заниматься, — скривился Мортимер, когда меня увидел. — И как только тебя его светлость терпит!

Я закатила глаза. Дни идут — ничего не меняется.

— И тебе доброе утро, Мортимер. Щитовидку проверил?

— Знаешь что…

— А вот проверь, глядишь, добрее станешь.

Не слушая, что он скажет дальше, я прошла мимо и направилась на второй этаж, к комнате Ашера.

Ерундой Мортимер называл гимнастику, растяжку, массаж и все прочие процедуры, которые давали шанс на то, что к Ашеру рано или поздно вернется способность ходить и видеть.

Кто бы мог подумать, что однажды я это скажу, но я почти привыкла иметь дело с Ашером. Почти. Каждое утро я просыпалась, занималась с Джесси, кормила его завтраком, нагло врала, что генерал занят, но скоро мы пойдем к нему в гости, а потом отправлялась в Воронов холм.

Мы с Ашером делали упражнения, а затем, по вторникам, четвергам и субботам, я шла в больницу, принимала дежурство и отрабатывала вторую смену. Домой я приползала уже затемно и почти сразу отключалась.

А утром все начиналось сначала.

— Со следующей недели возьмешь еще смены по понедельникам и воскресеньям, — сказал мне главный целитель Метьюз вечером одного далеко не прекрасного вторника.

Я буквально засыпала после обхода, но от этой его фразы мигом взбодрилась.

— А у вас не треснет? — вежливо, как полагается говорить с шефом, осведомилась я.

Метьюз, подняв взгляд от историй болезни, хлопнул ладонью по столу.

— А ну-ка! Имей уважение! Тут тебе… Не базар, вот! — снова вернувшись к бумагам, пробурчал он. — Нам руки нужны. У нас Марика увольняется со следующей недели.

Марика занималась в основном тяжелыми больными, как и я. Так что в какой-то степени было логично, что часть ее смен отдали мне. Какой-то частью логично, а какой-то — возмутительно!

— Нет. Я не смогу взять ее смены. Метьюз, ты помнишь, что у меня еще Ашер? Я когда спать буду?

— В свободное от работы время, разумеется. Тебе что, деньги не нужны, Амелия? — Метьюз впервые за все время посмотрел на меня. — Для тебя же стараюсь. Сама же у меня просила жалованье поднять. Ну вот. Как могу.

— Я просила без дополнительной работы, — едко откликнулась я.

— Это не ко мне, я человек маленький. Вот как финансирование нашей больницы увеличат — так сразу. Ну так как, Уэйн? Тебе еще смены нужны? Или отказываешься?