Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 126 – Анна Солейн

— Я… — хрипло выдал Мортимер. — Прошу прощения, ваша светлость.

Он поспешно вымелся из спальни, забыв про поднос.

Ашер тяжело вздохнул.

— Удивительное у него чувство времени, конечно. На чем мы остановились, целительница?

Ашер протянул ко мне живую руку, и я отшатнулась.

— Нет!

Он замер.

Секунды текли, а затем Ашер ощупал повязку на лице, как будто хотел удостовериться в том, что она на месте.

— Что ж, — медленно произнес он. — Я приношу свои извинения.

Что?

Это он за поцелуй извиняется?

Виски как будто стиснуло обручем, я попятилась.

— Я неверно истолковал ситуацию, но меня это не оправдывает. Мое поведение было недопустимым.

Я ничего не ответила. Некоторое время между нами висела тишина, а затем Ашер произнес:

— Я думаю, мы можем вернуться к вопросам лечения.

После его слов снова повисла тишина — я не знала, что сказать. Сердце колотилось, как бешеное, в ушах шумело.

Я никак не могла понять, что только что произошло.

Ашер поцеловал меня.

Жадно, страстно, как будто бы хотел этого, и давно.

Почему он это сделал?

Это какая-то проверка? Что ему от меня нужно?

Ашер терпеть не мог Амелию, и я не могла его за это осуждать.

Почему он вдруг решил поцеловать — меня?

Нет, я не была совсем уж идиоткой, правда.

Я догадывалась, почему мужчины обычно целуют женщин или дарят им цветы.

Но я никогда не была одной из тех женщин, с кем это происходит! Я была…

“Яйцерезка”, — услужливо ввернул воображаемый Метьюз.

Ну… да.

Не поспоришь.

Я знала о себе то, что умею много работать, беречь своих и никогда, никогда не сдаваться.

Обычно мужчинам нравятся другие.

Легкие, веселые, умеющие восхищаться их силой.

Я такой быть ни в одной из жизней не умела, а значит, понравится мужчине, тем более Ашеру, не могла.

Я же не Кэтрин, в конце концов.

— Я…

— Вы можете быть уверены, что это не повторится.

Сердце пропустило удар, я остро почувствовала, что, если сейчас ничего не отвечу, то все останется, как было. Я останусь целительницей, Ашер — моим пациентом. А если отвечу, то…

— Я… — Я откашлялась и быстро, чтобы не передумать, выпалила: — Возможно, я хотела бы, чтобы это повторилось.

Не давая себе времени передумать, я сделала несколько шагов вперед, положила ладони на плечи Ашера и поцеловала его в губы.

Несколько секунд ничего не происходило, и я точно поняла — это была какая-то дурацкая проверка, и я ее не прошла.

Сейчас Ашер рассмеется и спросит, что я вообще о себе возомнила?!

— Ой!

Я не смогла сдержать вскрика, когда руки Ашера крепко обхватили меня за талию и притянули ближе.

Второй поцелуй был таким же долгим, как и первый, но намного более мягким.

И точно так же, как и первый, он был прерван грохотом.

Оторвавшись от моего рта, Ашер уткнулся своим лбом в мой и пробормотал:

— Мортимер, ну ты уж или не заходи вообще, или не разбрасывайся вещами.

Я быстро обернулась и тут же спрятала лицо в плече Ашера.

На этот раз Мортимер уронил швабру с ведром.

— В-в-ваша светлость…

— Мортимер, бога ради.

— Прошу прощения, ваша светлость!

Развернувшись на каблуках, он вылетел из кабинета, забыв и о швабре, и о ведре, и о подносе.

Чувствуя, как горят щеки, я отстранилась.

— Генерал Ашер…

— Я думаю, мы все-таки должны дать Мортимеру возможность здесь убраться, — сказал он. — Иначе он так и будет нам мешать.