Книга Ее душа, страница 96 – Харли Лару

— Ты видела Эверли?

— Эверли? Нет… Я думала, она сбежала. Разве не так?

Его улыбка стала еще шире.

— Сбежала? Не стоит так говорить. Люди неправильно поймут. Она просто уехала. Эверли всегда была странной, сама себя боялась.

Я принялась складывать рюкзак.

— Мне правда пора идти…

Иеремия схватил меня за руку, тисками сжав пальцы. Я посмотрела вниз, потом – прямо ему в глаза и тихо, но отчетливо произнесла:

— Отпусти. Или закричу так, что мало не покажется.

Он помедлил, но все же разжал пальцы.

— Извини, Рэй. Не хотел тебя обидеть. Просто… переживаю, что Эверли могла наговорить тебе всяких страстей, а ты поверила.

Я нахмурилась.

— Каких, например?

Иеремия подался ближе. Я почувствовала непривычный запах в его дыхании – горький, с легкой примесью рыбы.

— У нее бывали странные фантазии. Однажды она вообразила, будто мы с Викторией хотим ее убить.

Он фыркнул.

— Бред же, правда? Кто может думать такое о собственной семье?

Я кивнула коротко, лишь бы отстал.

— Ага, бред.

— Просто хотел убедиться, что ты не поверила в ее выдумки, – добавил он тише. – Мы не такие. Мы хотим, чтобы в городе ты стала своей. Чтобы чувствовала себя как дома.

Лежавшая на скамье рука медленно придвинулась ко мне. Костяшки пальцев коснулись бедра.

— Я хочу, чтобы тебе было уютно, – повторил Иеремия.

Я вскочила, прижав к груди рюкзак. Бутерброд остался лежать на скамье.

— В общем, я с ней не разговаривала. Но если увижу – обязательно вам сообщу.

Иеремия откинулся на спинку, перестав улыбаться. Он медленно оглядел меня с ног до головы.

— О'кей. Тогда увидимся на вечеринке в честь Хэллоуина. Ты же придешь?

Я изобразила улыбку.

— Ага, обязательно. Ни за что не пропущу.

— Хорошая девочка.

Меня передернуло: в его исполнении это прозвучало как угроза.

— Тогда до встречи. Не опоздай к своему преподавателю.

В доме стояла гнетущая тишина, только бесконечный дождь который день подряд барабанил по крыше. Тишина казалась почти осязаемой и плотной. Я всегда любила одиночество – к тому же рядом крутился Чизкейк, ласковый, верный, но даже его теплого присутствия больше не хватало, чтобы заполнить пустоту.

Я пыталась занять себя чем угодно: уборкой, уроками и любыми другими делами, лишь бы не думать о предстоящей вечеринке на Хэллоуин, до которой оставалось всего ничего. И конечно же, пыталась не думать о Леоне. Не вспоминать, как тепло и спокойно было в его руках.

Но по ночам, если мне не снились кошмары про бесконечные темные тоннели и голос, зовущий меня по имени, я видела демона: его лицо, губы, крепкие уверенные руки. В ушах снова звучали роковые слова: «Тогда заставь меня остаться. Иначе это желание сведет меня с ума».

Наверное, все из-за дождя. Лес за окном становился тише. Смолкли сверчки, не пели птицы, даже олени перестали по утрам заглядывать во двор. Только ветер стонал в деревьях и капли мерно, без устали стучали по крыше.

Я уверяла себя, что у меня просто разыгралось воображение, но каждый раз, подходя к машине, чувствовала, как по загривку пробегает холодок – спиной ощущался чужой взгляд. Я оборачивалась, но никого не видела.

Никого материального и осязаемого.

Головы, которые оставил Леон, начали гнить. Они попадали с кольев, сливаясь с землей. Скоро и следа не останется. Долго еще продлится моя защита? Сколько времени пройдет, прежде чем Эльды заявятся в гости?