Книга Ее душа, страница 22 – Харли Лару

Я шагала в полном одиночестве, уговаривая себя не паниковать, несмотря на нарастающее чувство, будто за мной следят. Из чащи то и дело доносился хруст веток. Я не трусиха, но в такой густой тьме даже самым отважным храбрецам становится не по себе.

Дома, когда я наконец сбросила одежду и залезла под горячий душ, мысли вновь вернулись к Леону.

Наглый извращенец! Руки прямо-таки чесались влепить ему пощечину за все, что он мне наговорил… и за непрошеные образы, которые его стараниями теперь вертелись у меня в голове. Например, как я опускаюсь перед ним на колени… Черт. Он невыносим. Бесит до дрожи!

И заводит до потери самообладания.

Я закрыла глаза, надеясь, что темнота вытеснит крамольные мысли, но тщетно. Мне всегда нравились такие парни: язвительные, саркастичные и с ехидной полуулыбкой, от которой екает в животе. Я опять чувствовала себя глупой школьницей, безнадежно влюбленной в рок-звезду с плаката.

А эти татуировки из-под воротника… И пирсинг в мочках и хрящах ушей. Целая коллекция. Бунтарь до мозга костей…

Я тяжело вздохнула, мысленно себя отругав: хватит романтизировать этого придурка. Ну и что, что он чертовски привлекателен?

«Если ты никогда не пробовала трахаться в церкви с двумя парнями сразу…»

Я резко втянула воздух сквозь зубы. Нет. Так думать нельзя. Особенно если завтра снова пересекусь с ним в университете. Я поклялась, что больше не буду прыгать в постель ко всяким мерзавцам.

Но это просто фантазия. После сырой тревожной прогулки по ночному лесу я имею полное право расслабиться.

Я представила, как его рука скользит по спине, пальцы бегут вдоль позвоночника к шее и сжимают ее – крепко и властно. Будто я его игрушка. Куколка – так он меня называл.

Во рту пересохло, пришлось сглотнуть. Не стану скрывать – желания у меня всегда были своеобразные и слегка извращенные.

Я едва слышно всхлипнула и обхватила себя руками, скользя пальцами по бедрам. В темноте, за закрытыми веками, это были его руки.

В Леоне чувствовалось что-то опасное: незримое, но от этого еще более пугающее. Внутри все кричало: «Беги». Так заяц чувствует, что рядом волк. Надо спасаться. Так почему же, вместо того чтобы бежать, я представляла, как меня догонят?

Пальцы скользнули по животу, медленно очерчивая круги вокруг пупка. Потом ниже – между ног. Горячая вода стекала по коже. От собственных прикосновений по спине прошла дрожь. Возбуждение росло с каждой секундой. Внутренняя сторона бедер стала до одури чувствительной. Я привалилась к кафельной стене, утопая в клубах пара, и легонько коснулась клитора.

Дыхание перехватило. Я вновь провела по себе пальцем, игнорируя дрожь в ногах. Все-таки с Леоном я говорила слишком дерзко. Он вполне мог поставить меня на место. Жестко и без церемоний.

Я позволила себе полностью утонуть в фантазии. Пальцы продолжали исследовать влажное пространство между ног, другая рука скользнула к шее. В воображении передо мной стоял Леон – это его ладонь обхватывала мое горло, затрудняя дыхание, его голос отзывался гулом в голове, не давая пошевелиться. Он отчитывал меня, сурово и властно.

Раньше я винила себя за подобные фантазии – думала, с нормальными людьми такого быть не должно. Но потом начиталась статей по психологии и поняла, что в моих желаниях нет ничего постыдного. Они были острыми и пронзительными. В них я – беззащитная, беспомощная, желанная – билась в экстазе…