Книга Ее душа, страница 20 – Харли Лару

— Почему ты так решил? – с явным подозрением протянула она, медленно оборачиваясь.

Хорошо. Значит, хоть немного осторожности в ней осталось. Впрочем, бояться ей следовало не меня, а своих новых «друзей».

Я пожал плечами, засовывая руки в карманы.

— Ну, даже не знаю. Ты просто пахнешь иначе.

— Иначе? И чем же, по-твоему, пахнет Южная Калифорния? Лесными пожарами и тостами с авокадо? – с сарказмом проговорила она и тут же поморщилась, жалея, что сказала лишнего.

Девчонка поспешно сунула ноутбук в рюкзак и поднялась, по-прежнему не глядя в мою сторону. Юбка взметнулась вокруг бедер, и меня окутал не только аромат ее шампуня, но и слабый, куда более первобытный запах.

Я ухмыльнулся. Упрямая малышка. Сопротивляется собственному влечению – поэтому и старается на меня не смотреть.

Она закинула рюкзак на плечо и решительно зашагала прочь, громко топая ботинками по дорожке. Я не пошел за ней, просто окликнул:

— Скажу честно: церковь святого Фаддея – не лучшее место для прогулок. Я бы туда не совался.

Она замерла и, резко обернувшись, рявкнула:

— О, прости, я думала, ты охраняешь кампус! А ты еще и церковным сторожем подрабатываешь?

Вот черт. Стоило ей открыть рот – и я сразу подумал, как превратить колкости в стоны. Надо бы вспомнить, кто я на самом деле: хищник, а не рыцарь в белых доспехах.

— Там опасно. Церковь заперта. Местные в те края без лишней нужды не суются.

Что-то в этой девчонке, которая влезает в самые темные тайны Абелума, не давало мне покоя. Виктория и Иеремия, конечно, были весьма популярны в университете, но с новичками возились редко. Что им от нее понадобилось?

Девчонка медленно кивнула. Злость сменилась замешательством; в глазах заплясал любопытный огонек.

— Спасибо за совет. Учту. – Она пнула камешек у дорожки и как бы невзначай спросила: – А что еще ты знаешь о церкви? Ходят какие-нибудь слухи? Бывал там?

— Говорят, там грязно, сыро и до крайности скучно.

А еще внутри обитают проклятые души, отданные на растерзание злому божеству. Но об этом ей знать необязательно.

— Ну, наверняка есть какие-нибудь легенды… – продолжала она с нарастающим азартом. – Про шахтеров или… Эй! Ты куда?

Я провел рядом с ней слишком много времени. В груди начали копошиться всякие нехорошие эмоции, и это порядком бесило. Нельзя пускать ее ни в церковь, ни к близняшкам. Она слишком любопытная и чересчур глупа – однозначно вляпается в неприятности.

Но это не мои проблемы.

— У меня работа, детка.

Я отвернулся, махнул рукой и зашагал прочь.

Снова застучали ботинки – теперь она бежала за мной. Девчонка вынырнула сбоку, как настырный щенок, и сунула мне в лицо телефон с включенной камерой. Я удивленно вскинул бровь.

— Давай ты быстренько расскажешь какую-нибудь историю про церковь? Любую страшную байку. Что угодно! – выпалила она на одном дыхании.

Все с ней ясно: очередная дурочка, помешанная на соцсетях. Ради лайков и внимания готова выложить в сеть любую ересь. Да, с этой малышкой проблем не оберешься.

Я фыркнул и, не сбавляя шага, обошел ее стороной.

— Не собираюсь становиться героем твоего фильма. Но от тех мест держись подальше.

— Ой, ну брось, – пропела она, явно стараясь меня задобрить. – От местного жителя история будет звучать гораздо убедительнее. Ты производишь впечатление человека, который знает все здешние легенды.