Книга Ее душа, страница 128 – Харли Лару

Темно… но под ладонями чувствовалась твердая сырая земля.

Темно… но в носу стоял запах пыли и плесени.

Темно… но где-то рядом капала вода.

Я медленно поднялась, ощупывая пространство вокруг. Слева земляная стена. Справа – тоже. Впереди и позади – пустота.

Что это за место? Где я? Точно не в лесу.

Сердце колотилось о ребра, дыхание сбилось. Где же Леон?

И где тварь? Куда она делась?

– Рэйлин…

Судорожно вскочив, я прижалась к стене, стараясь не издавать лишних звуков.

Меня позвал голос. Тот самый, из снов. Из кошмаров.

Голос Глубинного.

Кинжал тоже исчез. Сколько бы я ни моргала, куда бы ни смотрела – вокруг была лишь темнота.

От паники меня затрясло. Громко капала вода. Уже не просто капала – лилась сплошным потоком.

Я сделала шаг. Ботинок хлюпнул.

На долю секунды перед глазами вспыхнуло видение, будто помехи.

Я снова увидела паукообразную тварь, которая висела на мне, уставившись в глаза, а Леон держал ее за горло, силясь оторвать…

Миг – и снова темнота.

Теперь вода доходила до щиколоток. Плеск усиливался, будто река прорвала плотину.

Тоннель вот-вот затопит доверху.

– Рэйлин… Иди сюда. Я помогу.

Я двинулась вперед. Знала, что не стоит слушать голос, но стоять на месте и ждать, когда меня смоет, тоже не выход.

Вода щекотала голени. Еще пару секунд – и поднимется до колен. Нужно идти. Нужно найти источник голоса. Вдруг он и правда поможет?..

Миг – и перед глазами распахнулось ночное небо. Я жадно вдохнула, будто только что вынырнула из воды. Оказалось, я лежу на спине. Голова трещала от боли, тело не слушалось. Даже пальцем пошевелить не было сил – оставалось лишь смотреть сквозь разлапистые сосновые ветви, вспоровшие звездное небо, на облака, медленно плывущие по луне.

Рядом послышались шаги. Все ближе… ближе… и ближе…

Это был Леон. Весь перемазанный в какой-то жиже: в крови, грязи… и в черт знает чем еще. Шел он странно – дергано, с напряжением. Он медленно опустился на колено, подхватил меня на руки и прижал к себе. Рубашка у него тоже была мокрой и грязной.

Я хотела что-то сказать: спросить, где мы и что произошло. Но язык будто одеревенел и не слушался. Только тогда я заметила, что по-прежнему сжимаю в руке нож. Пальцы затекли и не разжимались.

— Спи, малышка, – прошептал Леон.

Сопротивляться я не стала. Усталость навалилась бетонной плитой. Веки сами собой сомкнулись.

— Я же сказал, что убью его. Все хорошо. Тебя никто не тронет.

Покрывало окутывало меня с головой, и лежать под ним, зарывшись щекой в мягкие подушки, было тепло и уютно. В голове стоял туман, но я сразу поняла, что кровать не моя. А еще вспомнила, что случилось прошлой ночью. Выглядывать из-под одеяла, чтобы проверить, где я, совсем не хотелось. Было страшно.

Рядом шумела вода в душе. Простыни – хрустящие и чистые, как в отеле, – пахли свежестью. Моего маскарадного костюма нигде не было. Вместо него на мне обнаружился чужой свитер – широкий и теплый. От него пахло хвойным дымом и цитрусом. Совсем как от Леона.

Наконец набравшись храбрости, я откинула одеяло и открыла глаза. Шторы были распахнуты, сквозь них просачивался бледный утренний свет. За окном виднелось море заснеженных сосен, окружавших крыши небольшого городка. Комната явно находилась на верхнем этаже. Кровать была огромной, стены – из темного дерева, а декор напоминал современную бревенчатую хижину.