Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 80 – Ангелина Сантос

Мы расписались.

Формальное уведомление совету Ранар вручал в переговорной суда, потому что семейная канцелярия отказалась принять заявление без предварительного голосования. Ада присутствовала как поверенная будущего свидетеля, Нейл — как представитель рода. Я осталась в зале по просьбе Ады: отставка влияла на допустимость документов, и все стороны должны были получить одинаковые сведения.

Адела пришла лично.

— Ты не можешь сложить полномочия за два дня до слушания, — сказала она после чтения. — Это оставит архив без специалиста.

— Нейл получает допуск завтра. До утра восемнадцатого я передам ему ключи, журналы и перечень судебных пломб.

— Его допуск ограничен однослойными документами.

— Высокий суд назначит независимого специалиста для многослойных пластин. Архиву не требуется, чтобы бывший представитель оставался свидетелем и экспертом рода одновременно.

— Требуется семье. Твои показания можно ограничить техническими вопросами без отставки.

— Тогда совет продолжит оплачивать и размещать свидетеля, чьи слова оценивает суд. Защита уже использует эту зависимость.

Адела перевела взгляд на меня.

— Это ее требование?

— Нет, — ответил Ранар. — Элина просила не уходить ради нее. Решение принял я.

— Очень удобно отделять поступок от женщины, ради которой ты разрушил двенадцать лет службы.

— Службу разрушает необходимость скрыть запись. Я передал журнал по судебному распоряжению и признал собственное молчание. Ни одно действие не требовало семейной гибели.

— После общей жалобы любой недовольный супруг потребует вскрывать наши архивы.

— Суд ограничил доступ одной карточкой, потом контрольным диапазоном. Никто не открыл чужие браки публике.

— Пока.

Ада остановила спор.

— Обсуждается передача полномочий. Совет принимает заявление и назначение Нейла?

Нейл положил на стол решение. Совет принимал отставку с восемнадцатого дня, отзывал право Ранара входить в родовой дом с нынешнего вечера и лишал его доли управленческого дохода. Личная наследственная доля сохранялась. Кроме того, совет требовал уничтожить заверенную свидетельскую копию журнала после суда.

— Последнее условие недействительно, — сказала Ада. — Срок хранения копии определяет суд.

— Тогда род обжалует выдачу, — ответила Адела.

— Это ваше право.

Ранар подписал получение решения.

— В комнатах остались личные вещи, — сказал он. — Мне нужен доступ до восьми вечера.

— Их упакуют служащие, — ответила Адела.

— Среди них рабочие записи, не принадлежащие роду.

— Передадим по описи.

— Тогда судебный хранитель будет присутствовать.

Адела хотела отказать, но Нейл тихо напомнил, что после заявления о давлении самостоятельная упаковка вещей свидетеля создаст новый спор. Они согласились на Мерса. Передача состоялась в шесть вечера без моего участия. Позднее я получила только акт: семь ящиков личных вещей, один экспертный стол, одежда, книги. Семейных документов среди них не найдено.

Отставка перестала быть намерением. У нее появились дата, новый держатель, акт ключей и адрес, куда Ранару предстояло перенести собственную жизнь.

Подготовительное заседание началось вовремя. Тален представлял Палату лично. Рядом с ним сидели поверенные трех родов. Нейл занимал место Вейров и ни разу не посмотрел на Ранара в ряду свидетелей.