Книга Стражи Пограничья, страница 83 – Елена Саттэр

— Ой, а кто это у нас такой хорошенький? Такой миленький?

Рыба бывшая по тону уловила, что ногой никто её отгонять не будет, раскурлыкалась жалобно, то на горшок с очистками смотрит, то мужикам в глазки робко заглядывает.

Они ко мне:

— Можно нам животинку голодную накормить? И что оно такое? Сроду такой милоты раньше не видывали.

Я вздохнула:

— И не увидите. В единственном экземпляре чудо такое. Родственница рыбок гавноедок, подвид побирушек.

Только я это сказала, а она голову на меня повернула, звала, типа?

Побирушка, значит.

— Побирушкой звать. Можете её отходами кормить. Один рукой очистки зачерпнул и перед её носом держит. А доисторическое интеллигентной особью оказалось, аккуратненько так ртом берет и с закрытой пастью пережевывает. Потом даже языком руку лизнула. Ну, все и растаяли. Картофанку уже никто не чистит, все Побирушку кормят. Любимицей стала.

Сожрала все очистки, как кругляшок раздулась, еле через порог вылезла, а со ступенек самой не спуститься, пузо круглое не позволяет, повернула мордашку и так жалобно и тихенько: «курлы-курлы», мои подхватились, снесли бедолагу обожравшуюся на полянку, на солнышко положили, пузиком кверху. А оно аж залоснилось от жирка. Красиво, как раковина изнутри перламутром переливается. Один даже рядом уселся, давай его почесывать. Побирушка на него благодарно взглянула и глазки от удовольствия зажмурила, лежит, урчит, как кошка. Даже Пятнаш от бабочек отвлекся и подошел послушать, да лапой потрогать урчалку-мурчалку.

А я картофанку на печь перебросила, побежала огородик обихаживать, да думаю надо в купальню сбегать, пока время есть. Одежду постирать. Мне бы еще что-то типа стиральной машины соорудить. Типа колеса водного, барабан сделать, с выпуклостями. Чтоб наполовину в воде был. Отверстие под него рядом с купальней выдолбить, со сливом, и дежурство для орков устроить. Стоишь около него и крутишь. Песочные часы соорудить, чтобы время отслеживать.

Ну а что? Без стиралки никак—постельное да полотенца надо регулярно стирать. Кстати , можно с мыльным корнем определенного цвета. И будет у меня и голубенькое, и фиолетовое, и синее. Главное, чтобы не светилось и не красилось. Надо поэкспериментировать будет. А пока не рисковать, отправлю Пятнашку мыльный обыкновенный искать, бесцветный.

Поставила горшок нагревательный и умертвие пинаю:

— Иди, дружок усопший, поработай еще на процветание постоялого двора. Выкопаешь и в зубах притаскивай на крылечко Кряквы.

Потом схватила чистую одежду и в купальню. Плюнула, что помыться можно голубым корнем и залезла в подогретую воду. Только разрешила себе понежиться совсем малость, хватит наотдыхалась. Погрозила я кулаком на предполагаемый север.

Успела тики-тики. Волосы мокрые в узел завязала и полотенцем завернула, когда послышалось много голосов. Громко раздавался и Ляшкин басок, раздававший команды. Выскочила, а там подвода прибыла с товаром. На ней Вальша сидит.

Кричит:

— Не смогла не приехать. И Ляватарчика послушать хочу, и рыб твоих галактических хоть краем глаза глянуть захотелось. Привезла тебе всё, что заказывала. Оставишь меня сегодня в гостевой?

Подбежала я к подруге—обняла её.

— А еще я дядьку Потема привезла. Плотник знатный, но уже возраст, так по мелочи готов все сделать. Около лошади стоял седой сухонький старичок с куцей бородкой.