Книга Стражи Пограничья, страница 80 – Елена Саттэр

— Кряква присядь на секунду.

Сбегала и принесла корзинку малины.

— Вот что набрали. Угощайся.

Взял я ягодку, съел. Голосом почему-то охрипшим спрашиваю Анжею:

— Со мной поедешь? Или как?

А она стоит смеется и говорит, подбоченясь:

— А вот и поеду.

Забрался я в седло. Девицу поднял с малиной ее и поехали мы до постоялого двора. Впереди бойцы мои едут. За ними Фига с Ляватаром разговоры разговаривает. Потом я с девицей голубоволосой, которая меня малиной на ходу кормит. Аккуратно так, пальчиками своими в соку измазанными ягодку за ягодкой то в рот то мне вкладывает, то сама угощается.

За нами избушка утиными лапами маршируют, а замыкает строй мои оставшиеся зубоскалы, песни свадебные запевают. Первые идут оборачиваются и ржут как жеребцы. Что самое интересное, Анжея даже не покраснела. Не знает свадебных песен? Не здешняя получается?

В ущелье въехали. А тут вот тебе и встреча. Неклид с баронетом со своим отрядом едут. Еле в седлах держатся с перепоя вчерашнего. Окинул меня братец Ангелининым задумчивым взглядом, на Анжее остановился. Бровь одну приподнял, ноздри раздул:

— Ну, ну –говорит—вот ты как значит развлекаешься.

Анжи

Пока доехали до моего добра, малину всю доели. Ох, ехала бы с Сиятельством и ехала. Вот всю жизнь бы ехала. Так спокойно с ним. Даже в Чернозонье весь страх ушел. Ладно, помечтала и хватит. У него вон невеста вроде есть— та белая фря.

Стоп, это про него же она тогда братцу своему придурку вещала и что-то там про извинения графские. И про помолвочный браслет. Что? Я взглянула на запястье Ворона, плотно закрытое наручами. Жених что ли? Мой? Не—напридумывала. А если нет? Я его тогда не разглядел, когда кольцо всовывала, но меня то хорошо луна осветила. А может, я такого вида была, что меня трудно идентифицировать сейчас. Гавнюк этот- Неклид сразу меня опознал, потому что вплотную прижался.

Попросить запястье показать— неудобно как-то. Вот дилемма. И с какого перепуга он тогда кольцо принял? Ну, с другой стороны, я бы тоже остолбенела, когда такая кикимора с глазом подбитым тебе что-то в руку всовывает, а потом я убежала быстро.

Ну вот я здесь сейчас, перед ним сижу—говори мне, чтоб я кольцо забрала, а он молчит. Может, самой попросить его отдать? А вдруг не он. Покажу себя полной дурой тогда. Какое кольцо—скажет. С ума сошла, простолюдинка. Я вздохнула. Как бы мне на руку его взглянуть.

Ну, с другой стороны— если он это, и меня опознал, и не просит кольцо забрать, хочу ли я расторгнуть помолвку? Я украдкой взглянула на Сиятельство. Не хочу! Вот хоть режьте меня— не хочу. А может ли граф на простолюдинке жениться здесь? Про мои маркизные корни забыть надо насовсем.

Так и мучилась последние метры.

А там народ уже радостными криками нас приветствовать стал. Спрыгнул граф, меня спустил. Ну, я неприступный вид напустила на себя. Поблагодарила, конечно, но так, без поцелуев и помчалась умываться и раненых смотреть.

Молодцы ребята. Справились без меня. Легкораненые супчик свой, для них специально сделанный, доели. Тяжелых покормили, которые перешли уже в ряд поправляющихся. Вставать не встают, но глаза открыли и переговариваются. Ну вот и хорошо. Теперь на кухню бежать.

Но прежде надо мне кого-нибудь из своих в город отправить, пока рынок не закрылся, траву сдать пряничную. Часть себе оставлю. Прямо сейчас заварю. Да может, лепешек накидать? К чаю. Я опять хотела пожаловаться дедушке на отсутствие второй пары рук, но тут же прикусила язык и отогнала эти зловредные мысли прочь. Знаем! Выходной мне уже устроили вчера. Я такой отдых в гробу видела!