Книга Злато Светозара, страница 31 – Аисс Виал

Пресловутому Огнеславу пришлось достойно выдержать взгляды на себе пытливые, оценивающие незнакомцев из Доброграда. Он знал: осанка его величавая, седина благородная, да речь склáдная, сдержанная лучшим образом представят его.

Как добрались все путники правобережья реки Хладная, Огнеславу всё же пришлось церемонно представиться и поприветствовать гостей:

— Приветствую всех вас, уроженцев славного Доброграда, на своей радушной вотчине! Надеюсь, мои старания позволят вам проникнуться к земле сей с первых же дней такой же теплотой душевной, какую испытывает к ней каждый спасовец! Чтобы ступить на шумные улицы града моего и отдохнуть в тени его дворца нам осталось с рассветом преодолеть этот красный бор. К полудню, думаю, завершим путь.

Закончив свою приветственную речь, он склонил услужливо голову и стал ожидать, когда родной брат наконец-то представит ему его невесту.

Гордей незамедлительно удовлетворил любопытство старшего брата, тем самым не раз удивив его:

— Огнеслав, рад видеть тебя снова! — час объятий дружеских братских на миг прервал Гордея. — Позволь, представить тебе лучезарных дочерей Светозара Всеволодовича! ВЛАСТЕЛИНА — старшая дочь-красавица!

Глаза Огнеслава загорелись, не мог он скрыть восторга своего! «Вот она — невеста моя! Искра дерзости во взоре, печать мудрости на челе… кровь с молоком девка!» — одобрительно кричали глаза его.

— СОПРОВОЖДАЕТ Властелина Светозаровна сестёр своих, невест спасовских, И ДЕРЖИТ ПУТЬ через наши земли к жениху своему — Радомиру Запалову! — поспешно прояснил Гордей причину присутствия Власты, дабы не помыслил Огнеслав всякой нескладицы[5] .

Не выдал Огнеслав Милорадович внутреннего разочарования от громоподобных слов Гордея, слушал и дальше, востро внемля. Невест⁈ Не ослышался ли он⁈

— А вот и невесты наши с тобой! ЛАГОДА — гордость Светозара! ВЕСЕЛИНА — солнце Доброграда! Слово дал я их чтимому отцу: сами чаровницы выберут себе мужей из рода Милорадовичей! Прошу одобрить моё решение, брат!

Ан не услышал Гордей одобрительных слов Огнеслава-князя, а лишь увидел задумчивый кивок старшего брата и взгляд его, прилежно изучающий невест златокудрых.

Благолепны и эти дéвицы, что кривить душой, на отца кольми паче схожи старшей. Да взгляд его величавый, что змея, на старшую из княжон сам и переполз! ВЛАСТЕЛИНА! Имя славное, звучное! Не эдакое ль имя гоже носить жене Огнеслава Спасовского⁈

Младшей из сестёр, Веселине чтой-то боязно стало, вид в эту минуту старшего Милорадовича напомнил ей всё то дурное, что о князе молвили в Доброграде.

Власте внимание очей таких достославных голову вскружило, прыти в норове подбавило, лицо румянцем приукрасило.

Лагоде ж, напротив, растеряться и невольно побледнеть довелось, при виде эдакого откровенного проявления интереса Огнеслава Спасовского к сестре её старшей.

«Огнеслав треклятый! Не искала б я твоего расположения, коли б не жаждала пуще жизни полнокровной вернуться к отцу дéвицею вольною! Не нужны мне твои восторги, дворцы, богатства, слава! Не потерплю я мужа, что открыто за другими волочи́ться станет, тем паче за сестрой рóдной! Да чтоб добиться своей цели, готова я, князь презренный, на время поступиться гордостью!» — промелькнули сие мысли в голове Лагодки, что молнии ярые, а на лице — вёдро, и улыбка всё прелестнее цветёт.