Книга Любовь по контракту. Счастье на осколках, страница 17 – Тиана Соланж

Я мог долго убеждать себя, что ребенок не может быть от брата, что сам не знал, что случилось с Каролиной после ее исчезновения, да и здесь она могла легко выйти уже замуж и родить малышку. Прекрасную розовощекую малышку с глазами... жаль не моими. Жаль, что все же девочка похожа на своего отца. Дочь Себастьяна. Еще одна одинокая душа, которая не нужна ни отцу, ни, похоже, матери.

Я обвел взглядом каморку, в которой, вероятно, малышка и проводила все дни напролет, пока ее горе-мамаша работала в кафе. Вот, кстати, нужно спросить, куда она дела сто тысяч евро, что он оставил ей в качестве... отступных? Не могла же она их все потратить?

Я решительно шагнул внутрь комнатки, старательно отводя взгляд от прекрасной картины, что открылась мне. Нет, сейчас я думал не о теле, а том, как красива женщина, кормящая грудью ребенка. Нет, ничего прекраснее и умиротвореннее, чем это простое действо. Осторожно опустился на диван рядом, стараясь не обращать внимание на настороженный взгляд женщины, готовой в любую секунду подорваться с места и бежать. Кажется... она боится меня? Странно, я не собирался отнимать у нее дочь, но надо выяснить, что у нее в планах на ребенка. Кстати, теперь есть еще одно обстоятельство, о котором стоит умолчать. Лучше для начала выяснить, будет ли она делать тест ДНК на отцовство и подавать на алименты. Хотя... кажется, по российским законам эта девочка — моя дочь, ведь мы до сих пор в браке. То есть, претендовать на наследство брата она не станет, если... не узнает обратное. Ведь это у меня ничего нет за душой, все вложено в наш с Егором бизнес. А вот у брата есть парочка квартир в Европе и дорогой автомобиль, что пылится до сих пор в гараже, все никак не поднималась рука продать его. Надеялся, что Эрни однажды приедет на каникулы и мы обсудим этот вопрос. Все же, он прямой наследник Себастьяна, пусть по документам мой приемный сын. А теперь вот еще и дочь...

— Когда ты собиралась сказать брату, что у него есть дочь? — постарался, чтобы голос не выдал меня, мою горечь и боль. Думал, что сейчас она сверкнет невероятными зелеными глазами, что снились мне каждую ночь, и улыбнется та, что замрет сердце. А потом скажет...

— С какой радости я должна говорить ему, что у него есть дочь? — Каролина тряхнула волосами, отворачиваясь от меня и смотря на девочку с ласковой улыбкой. Как давно я не видел ее улыбки! Или... мне она так никогда не улыбалась? Я совершенно забыл, как она улыбалась раньше. — Доротея моя дочь, и родила я ее не от него. Твой брат может спать спокойно...

О, да, это точно, — зло подумал я, чувствуя волну раздражения на себя, на нее, на обстоятельства в целом.

— Только не говори мне, что ее отец не Себастьян, — процедил я сквозь зубы, и девушка недоуменно посмотрела на меня, а затем ее глаза полыхнули яростью. Но она вмиг успокоилась, когда маленькая ручка ухватилась цепкими пальчиками за вырез ее блузки. Она будто одним движением остудила и его пыл, и матери.

— Тебе лучше уйти, Алехандро, — тихо произнесла она, не смотря больше в его сторону. Подняла малышу столбиком, поглаживая по спинке. — Ты не только отвлекаешь меня от работы, но и...

— Я требую ответа, Каролина, — зло выдохнул я, чувствуя, что к жаркому желанию сейчас сорвать с нее эту провокационную блузку и облегающую юбку, добавляется злость на самого себя, что я снова, как прыщавый юнец, готов запрыгнуть на любую особь женского пола. Правда, с той лишь разницей, что сейчас я хотел именно Каролину. Свою жену и... мать ребенка моего брата. — Когда ты планировала сказать ему? Я отлично умею считать. Сколько девочке? Месяцев шесть, не больше, не меньше. Ты не могла забеременеть от меня, мы предохранялись. А вот мой братец...