Книга Этюд в сиреневых тонах, страница 72 – Тиана Соланж

— Эля! Что эта девчонка несет? — раздался очень знакомый визгливый голос. Я обернулась, заметив неподалеку пышнотелую женщину в цветастом платье, смотревшую на меня с легким презрением в темных глазах. Чем-то она неуловимо напоминала мне Эльзу Каримовну, и я решила, что это ее сестра.

— Ах, и вы здесь, тетя Роза? — не замедлила я обратить свое внимание на нее, от чего женщина слегка побледнела и невольно кивнула. — А где же Лилечка? Та, которая через годик станет «правильной» женой Бахтияру? Родит наследника, научит меня, дремучую, правильно обращаться к свекрови и мужу?

— Что ты несешь, девка? — тут же побагровела она, но глаза ее заметались по лицам гостей. — Да как ты смеешь попирать наши устои?! Ты!!!

— Как?! — деланно удивилась я, — это же ваши слова? Те, что вы сами сказали своей… Эльзе Каримовне в ее комнате. Но вы не беспокойтесь, ваша Лиличка может спокойно претендовать на мое место, потому что я разрываю эту помолвку с Бахтияром Кильдеевым. Хотя, можно ли разорвать то, чего никогда не было?! — пожала я плечами, сама себе ответив на вопрос.

Я медленно двинулась в сторону выхода, где стоял отец рядом с едва сдерживающимся отцом Бахтияра. Мне предстояла последняя битва.

— Саш, подожди, еще можно все исправить, — следом за мной бросился Бахтияр, наконец, отмерев. — Я хочу все тебе объяснить и исправить. Давай поговорим!

Я не слушала его, направляясь прямиком к отцу. Он напряженно застыл рядом с отцом Кристины и Азимом Кильдеевым. Первый был бледен, но по его глазам, взгляд которых он не успел от меня спрятать, я видела грядущую расправу над дочерью. Жаль ли мне бывшую подругу? Наверное, нет — я исчерпала этот лимит за все годы, что она притворялась моей подругой.

Кильдеев-старший сделал шаг ко мне, отгораживая от отца. Я даже не повернула головы к нему, стараясь не спускать взгляда с папиного лица, по которому совершенно не могла прочесть, что он думает обо всем этом.

— Саша, дочка, послушай, ты совершаешь ошибку, — обратился ко мне Азим Кильдеев, но я просто шагнула вперед, даже не дослушав. Остановилась напротив папы, глядя ему прямо в глаза. Он тоже не отрывал от меня взгляда, старательно что-то ища на моем лице. — Георгий! Они совершают ошибку…

— Ты хорошо подумала? — только спросил отец, полностью игнорируя присутствие компаньона.

— Александра! Не устраивай сцен! — прошипела сзади моя мать, но я не обернулась на ее голос. Не обращая внимания на гул голосов за спиной, продолжала напряженно смотреть отцу в глаза. — Быстро привела себя в порядок и вернулась с улыбкой на счастливом лице! И не забудь извиниться перед хозяевами дома и гостями, — продолжала раздавать команды маман. Интересно, я ей родная или нет? — Это… это просто скандал! Представь, как она выставит нас перед…

— Вика! Помолчи! — приказал папа, переводя взгляд с меня на серого от волнения папу Кристины и багрового Кильдеева-старшего. На самого Бахтияра, все также маячившего за моей спиной, он бросил презрительный взгляд и отвернулся. — Я всегда позволял решать тебе, Александра, — я невольно вздрогнула от официального обращения ко мне. Обычно таким тоном он разговаривал только с подчиненными, что не сулило им ничего хорошего. — И я всегда действовал тебе во благо.

— А не стоило давать ей столько самостоятельности, Жора. Я не раз говорила тебе, что ты избаловал дочь, но ты…, — снова встряла мать, но под тяжелым взглядом папы вдруг замолчала и стушевалась, проглотив свой спич.